Чёрная сиротка

Чёрная сиротка

Рия Дель

Человеческая алчность породила целый мир. Его населяют покровители, хранители и жестокая правящая власть.Одной из них становится Милдред Хейз. Ей суждено сокрушать фаугов.Плохая репутация, которую она приобретает в ходе обучения, и личность, которую окружающие видят в ней из-за Джюель, делают девушку мишенью.Теперь Милдред нужно пройти не только Испытания, но и добраться до пьедестала не разбитой. Когда всюду плетутся тайные заговоры, а окружение Милдред утаивает о ней что-то важное, это оказывается сложнейшей задачей.

Каждое Испытание – кнут, пробуждающий в ней чувство разрушающей мести.

Глава 1

Громко завывает ветер. Я встряхиваю головой и смахиваю белые пряди с глаз. Еле видное облако танцует испорченный вальс, поддаваясь разрывному дуновению. Оно отчаянно пытается добраться до меня и столкнуть с крутой скалы. Я стою неподвижно, только плащ развевается в воздухе точно победный флаг. В одной руке я сжимаю меч, а в другой сдавливаю острый камень. Кровь стекает по тыльной стороне ладони.

Щекочет, привлекая к себе внимание. «Давай, отвлекись, и оно убьёт тебя».

Если бежать, то только вперёд.

Двадцать девятый день мне снится один и тот же сон, и эти слова я повторяю перед тем, как проснуться в холодном поту. Я вкладываю максимум агрессии в пустоту бушующего шторма. Мой голос огибает остроту скал, будоражит форменную хмарь, кажется, даже весь мир содрогается, сплошь падает на колени и затыкает уши.

Вторую неделю я смотрю на пустой лист исследовательской работы, и только на титульном располагается: «Разновидности кварца.

Применение минералов в обиходе». Как только я тянусь к клавиатуре, кошмар воссоздаётся. Мысли затуманиваются, и каждая новая идея, начальное предложение улетучиваются. Свист бури, и моя речь умерщвляют идеи.

Я отказалась праздновать «совершенное взросление», как это называют мои знакомые, чтобы уступить очередному неудавшемуся сну. Утомлённость и бессонница крадут все выжатые как цедра лимона силы. Ничего не осталось.

– Почему не ложишься? Время перевалило за полночь, – переживает Айк.

Мы удерживаем долгий зрительный контакт и, в конце концов, я выдыхаю. Шумно как ураган.

– Я не справляюсь, – запуская пальцы в волосы, говорю я лучшему другу.

– Возьми мои записи. – Айк достаёт из холодильника молоко и заполняет небольшой стакан. – Я тоже писал о кварце.

– Дело не в этом, – подступившие слёзы смазывают вид.

Я сглатываю и очищаю сознание от негатива.