Архимаг ее сердца

Поэтому она, пряча глаза, лишь покачала головой.

Нет, у нее никого там не осталось. Незачем даже думать об этом.

А перед глазами почему-то Кьер, который стоял у стены и едва держался на ногах. За что его наказал Сантор? Кьер не так уж и виноват.

– Тоскуешь по нему? – вдруг спросил Авельрон.

Не нужно было гадать, о ком шла речь. Алька поежилась и кивнула.

– Очень. Иногда мне кажется, что не будет мне жизни… без него.

– Время лечит, – лаконично заметил брат, – да и ты не долго будешь одна.

– Я не хочу…

– Думаю, тут не стоит вопрос о том, хочешь ты или нет, – Он медленно гладил ее по тыльной стороне ладони, – ты принцесса, Аля. А все принцессы выходят замуж. Да хоть и за верховного мага. Отец с удовольствием заручится его постоянной поддержкой… в любых вопросах, понимаешь?

Она выдернула руку.

– Зачем ты мне это говоришь?

Кривая улыбка. И тоска в прозрачных серых глазах.

– Затем, чтоб для тебя не было сюрпризом, если однажды отец отдаст тебя кому-нибудь.

– Он не сделает это против моей воли!

Ведь не сделает же?.

– Ты сама сделаешь все, что он прикажет, – Авельрон усмехнулся одними губами, – потому что это нужно будет государству. А принцессы не выбирают свою судьбу.

У Альки перед глазами замельтешили алые точки. Кровь прилила к голове, щекам стало жарко. Так хотелось… сказать что-нибудь злое, обидное…

Но не успела.

Раздался торопливый звук шагов, в галерею вбежал стражник.

– Ваши высочества! Ваши высочества, его величество требует вас к себе.

– Идем, – Авельрон решительно стиснул Алькину руку.

Пришлось почти бегом добираться до кабинета Сантора. У Альки голова кружилась от всех этих поворотов, хитро заверченных коридоров, неправильных форм и скругленных контуров. Авельрон дотащил ее до отцовского кабинета, он тоже запыхался, тело еще не до конца восстановилось после того, что сделал с Роном магистр.

Постучались.

А потом, когда по ту сторону прозвучало хмурое «войдите», Авельрон распахнул перед Алькой дверь, учтиво пропуская ее внутрь.

Сантор… сидел за письменным столом, выточенным из цельного камня. Из овальных окон лился розоватый свет, искрился по книжным корешкам, ложился пятнами намолочного цвета стены. Перед повелителем крагхов лежал тщательно расправленный свиток, Алька увидела круглую сургучную печать на золототканом шнуре.