Архимаг ее сердца

Однако…

И вспомнила архаана, того, что стерег ее.

Как-то… она смогла ему приказывать.

И эти ожившие рисунки… тоже ведь не просто так?

– У меня рисунки оживали, – сказала Алька, глядя то на Фэя, то на отца.

– Вы призывали тварей роя в сформированные образы, – прокомментировал маг, сверля ее ледяным взглядом, – еще что-нибудь было?

– Меня слушался архаан, – несмело продолжила Алька, – у нас… как будто связь.

Лиар Фэй удовлетворенно кивнул.

– И это тоже проявление Дара. Вам нужно тренироваться, ваше высочество.

Алька снова посмотрела на Кьера, и ей показалось, что он едва заметно кивнул – и тут же отвернулся, чтобы никто не заметил их переглядываний.

– Хорошо, – покладисто сказала она, – я с радостью буду учиться… раз уж осталась здесь.

И вдруг вспомнила о том, что подарила бабочку принцессе. Получается, тварь роя подарила? А если, упаси Пастырь, это опасно?

Дальше начали подавать завтрак.

– Ты мало ешь, – заметил Сантор, – тебе все еще нехорошо?

– Все в порядке, отец, – промямлила она.

И поняла, что кроме кисленького сока больше ничего есть и не может. Последствия магии Мариуса? Или последствие падения на камни?

– Я бы предложил встретиться сегодня после обеда и хотя бы начать обучение, – голос Лиара Фэя звучал мягко, успокаивающе.

– С удовольствием, – ответила Алька.

Ей показалось, что именно этого и хотел от нее Кьер, чтоб она начала учиться.

Но, однако, что ж с ним случилось?

И почему ему не разрешено сесть за стол?

Алька поймала предостерегающий взгляд Авельрона, одними губами он произнес: «позже».

Пожала плечами. Позже так позже. Ей не нравилось происходящее, но, верно, задавать королю слишком много вопросов не стоит.

– Ты бледная, – снова сказал Сантор, сверля Альку пристальным взглядом.

– Со мной все хорошо, отец, – и она выдержала этот взгляд.

В самом деле, ведь мир не рухнет без Мариуса Эльдора. А она… что ж , она принцесса. И ей теперь надо учиться жить… как-то жить, да.

Позже, когда завтрак окончился, Авельрон взялся проводить ее. У Альки немного кружилась голова, поэтому она взяла его под руку. Так и пошли по крытой галерее. Свежий воздух был более, чем кстати.

– Что с Кьером? – тихо спросила она.