Цена свободы

Не говоря конечно о прошлом… – Квил высказав всё, смотрел на долгий и мутный рассвет.

Тучи закрывали небо. Огромное войско двигалось по пустыне, оставляя за собой вытоптанную дорогу.

– «Довольно странно, наверное не часто здесь тучи и дождь, я не суеверен, но всё же это что-то значит». – думал Квил глядя в просторную высь. – «Ещё более странно то, что я двигаюсь в огромном войске двух враждующих культур, враждующие религии. А ведь они в любой момент передумают, и нас с Роваром смешают здесь в кровавый порошок, – раздумывал парень.

– Ну если ты благодарен мне… – после долгой паузы продолжил гоблин. – …то может поделишься своей прекрасной южанкой, после боя разумеется… – гоблин любил не только золото и звон монет, но и шутки да прибаутки.

– Иди в пекло! – снова разозлился Квил.

– Что ж сынок, мы туда и направляемся, – в буквальном смысле ответил Ровар.

* * *

Огромное войско двигалось к горизонту пустыни.

День был тяжкий и ужасно знойный. Солнце стояло в зените, и не одна туча не укрывала его от горячейших лучей.

– Ах-х-х. – гоблин зевнул, да так, что все золотые зубы можно было пересчитать. – …аж кости ломит, это что за жара дьявольская?! – он зло откинул от себя попону, и та шлёпнулась на песок подняв небольшую пылевую волну.

Это не слишком уж и помогло. Через пару минут его оголённое в некоторых участках тело начало сгорать.

– Заснул – холодрын, проснулся – адская жара. – выявил недовольство гоблин.

– Э-гэ! – ворчливо согласился беззубый южанин, который подъехал к гоблину с неопределённой стороны.

. – Ну как было мы говорим, всем нашим землякам: «Радуйся ночи пока прохлада. Радуйся дню пока тепло.» – пожилой мизрулец снова засмеялся. Он заметил недоумевающий взгляд гоблина и снял головной убор.

Это был обычный бородатый и немного седой мужчина с лысиной на голове. Его бесцветные волосы переливались на солнечном свете. Кожа, как и у всех мизрульцев – смуглая и даже слегка красноватая. А вот глаза его… Один карего, но это было едва заметно, морщины накрывали его а толстые седые брови защищали от песка.

Второго же глаза небыло, вместо него перевязанная тряпичная повязка потрёпанная и вымазанная пустынной пылью. Строение его тела слишком худощаво, его кости были обтянуты кожей, и даже сидя на лошади, он держал свою палицу крепко в руках. – Меня звать Жаваака.

– Ровар. – взаимно поприветствовался гоблин, неуверенно посмотрел и у него мложилось чувство, что старик сейчас развалится сам по себе.