Цена свободы

Из-за пылевого холма виднелись чёрные горы… горы человеческих трупов сожжённых в куче, а вокруг вместо песка – реки крови.

Дикие падальщики слетелись на пир, выклёвывая остатки сгнившего мяса…

– Матерь божья, – хрипло откашлялся Квил. В тот же момент, ниоткуда не взявшийся прохладный ветер обдул его лицо и растрепал длинные волосы.

– Ну и смердит здесь, – гоблин зажал нос.

Оба двинулись к кучам.

Неприятный запах всё сильнее и сильнее забивал их головы. Возле самой огромной горы торчало длинное копье, а на него были навешаны золотые украшения и мешки с деньгами.

– Даже не забрали золото?! – удивился Ровар и снял одно из драгоценных ожерелий. – Кощунство.

– Это мирные жители одной из деревень. Но за что тогда? – подтвердил Квил.

Ровар бросил ожерелье обратно на копье.

– Здесь был лагерь, скорей всего торговцев. Вон телеги, – гоблин указал на груды древесины вдали. – Они убили всех демонстративно, чтобы запугать. – Ровар молча задумался. – Наверняка чтобы отвести внимание от чего-то.

– Ловушка? – прошептал Квил.

– «Именно!» – подумал Ровар, и понял, что было уже очень уж поздно.

Гоблин дёрнулся, рефлексы наёмника не подвели.

За холмом появилось несколько неразличимых фигур на лошадях. Они мчались быстро и что-то неразборчиво кричали, что-то похожее на вой.

Ровар дёрнул парня за плечо, и оба кинулись в противоположном направлении. Скрыться и оставить своего бывшего ученика в беде гоблин не мог.

– «Вся эта вот совесть поганая!» – Квил вопросительно посмотрел на спутника, но, не дождавшись ответа стянул со спины лук и мгновенно зарядил стрелу.

– Нет! Дурень! – хрипло прокричал гоблин. – Нельзя! Даже если убьём – придёт подмога, а даже если не придёт, нас найдут военные, а этого допускать нельзя! —

Квил опустил лук.

Всадники приблизились. Теперь было заметно, что они были с голыми торсами, даже без солнцезащитных тканей. Их тела покрывали шрамы вперемешку с узорчатыми татуировками. Рисунки на телах трудно было разобрать, из-за загоревшей кожи, множества рубцов и выцветшей от солнца краски.

На лошадях свисали небольшие походные сумки, и Ровар сразу же приметил оружие. При одном был кривой клинок, а у второго располагался за спиной длинный лук.

– Лоурак! Это не военные, – раздражённо прозвучало из уст первого мужчины.

Мужчина этот был не мизрулец. Зато его выделяли все факторы бывалого разбойника: бритая голова, шрамы на лице, опухшие от курения губы, рваная и шипящая речь.