Академия хаоса. Лабиринт стихий

Раз уж своих мозгов нет, могла бы и попросить совета.

– У тебя что ли? Засунь свои советы знаешь куда?

– Куда? – с вызовом спросил Эммет.

Я прикусила губу, сдерживая рвущиеся наружу слова. А он вдруг шагнул ко мне, присел и прикоснулся к моим измученным ступням.

Ахнув, я вцепилась в перила балкона, а потом не сдержала стон удовольствия. Это было все равно что окунуться в чистое озеро в жаркий день, попасть в оазис посреди пустыни, выпить мятной воды со льдом в разгар летнего зноя.

Ступни легко скользнули в туфли, и я, покачнувшись на каблуках, непроизвольно оперлась выпрямившемуся Эммету на грудь.

– Спасибо, – пробормотала я, отдергивая руки.

– Увидимся. Арья.

Он бросил на меня последний взгляд, и бордовая штора качнулась, скрывая его и танцующих. Помедлив, я чуть сдвинула ее, выглядывая в зал. Патрульные разбрелись по залу, и белые кители выделялись на фоне ярких платьев, как комья снега на пестром лугу. Джемма Кристо разговаривала с какими-то господами, окружившими ее плотным кольцом.

Один пригласил ее на танец, но она покачала головой в знак отказа и что-то сказала ректору, который стоял возле нее. Красивая, сильная… Свободная. Маг водной стихии, судя по ее синему плащу.

– Солнышко, что ты тут прячешься? – возмутилась мама, подходя ко мне. – Я получила от твоего имени с десяток предложений потанцевать!

– Я не хочу, – ответила я, не сводя глаз с Джеммы.

– Но это твой шанс! Арнелла! На этом балу маги выбирают невест.

– Выставка мяса, – вспомнила я слова ректора.

Мимо прошли еще несколько дам в положении. – Отчего тут столько беременных? – спросила я, повернувшись к маме. – И тот Бонифаций, которого сватали старушки… Мало ему шести детей?

– Налоговые льготы от императора, за каждого ребенка, – нехотя пояснила мама. – Помимо щедрых выплат к свадьбе, если оба носители хаоса. Ты уже познакомилась с Эмметом, сыном Энцо? Я пообещала ему танец от твоего имени. Он маг воды и такой симпатичный!

– Он заносчивый засранец, – ответила я, переступив с ноги на ногу.

В ступнях была легкость и никакой боли, и я готова была танцевать хоть ночь напролет.

– Не смей так выражаться, когда мы не наедине, – сказала мама, и, взяв меня под руку, повела к фуршетному столу. – Значит, Эммет – грубиян? А вот его отец весьма любезен. Он мной полностью очарован, представляешь?

– Представляю, – кивнула я. – Тебе очень идет это платье.

– Спасибо, солнышко. Хорошо, что Энцо не маг. Может жениться на ком пожелает.