Хозяйка Костяной горы

Да я помру быстрее, чем ты дойдешь.

Геша в стороне что-то неразборчиво буркнула, споткнулась о корень, чуть не упала, но вовремя ухватилась рукой за ствол отцветшей, с образовавшимися бубочками ягод рябины. Другой рукой она придерживала мешок за спиной, поэтому падать было бы, так сказать, несподручно.

Стараясь идти по той же протоптанной старушкой и конем тропинке, она все равно цеплялась плащом за ветки кустов и острый дедовник. Запнулась перед входом в избушку, словно в сомнении, но, сделав резкий выдох, переступила порог, будто нырнула в прорубь.

Старушка стояла возле столика, заваленного травами, и из поясной сумки, что до этого пряталась под накидкой, доставала еще трав. Раскладывала их по кучечкам, что-то шептала под нос, недовольно кривила губы и изредка кивала.

Геша с трудом опустилась на колени. Выгнулась назад, отчего стала выглядеть как превращающийся оборотень, и расслабила руки, которыми поддерживала мешок, хотя, казалось, он и так никуда бы не делся. Котомка пару мгновений держалась, и в этот момент за краем капюшона сверкнули расширившиеся от испуга глаза.

– О боги, – выдохнула Геша, расстегивая под подбородком замысловатую застежку на плаще, – до чего же тяжко.

Старушка обернулась, подбоченилась.

– Вот же нынче мужики пошли немощные. На вид же силенок у тебя хоть отбавля… – Геша скинула плащ с капюшоном, стянула шапку и потной щекой привалилась к полу. – Баба.

Теперь настала очередь старушки шептать.

– Эй, ты что, правда девка?

– Самая настоящая, – Геша прислонила к земле другую щеку. Глянула на мешок, что оказался вот прямо перед ее носом.

Угол мешка обтягивал что-то округлое, и такого там было много…

– Там ч-что, человеческие головы? – запинаясь спросила Геша. Она села, пытаясь отползти подальше от сумы, руки ее затряслись, хватаясь за подвешенный на шее маленький мешочек, словно он должен был ее спасти от зла. Все тело ходило ходуном, будто она перемерзла.

– Тьфу на тебя, дурная! – трижды сплюнула старушка, обошла трепыхающуюся, что передавленный червяк Гешу, и размотала ушко мешка. – Обычная капуста, во.

И старушка в самом деле достала из котомки плотный и огромный, что голова медведя, кочан капусты. И как они там уместились?

Геша облегченно вытерла вспотевший и от труда, и от переживания лоб. Подтянула колени к себе, обняла их руками и положила голову, словно собралась прорыдать до вечера.