Первая жизнь, вторая жизнь

Мама излила свое горе в любовном романе, но ни он, ни детектив редакторов не заинтересовали, а за свой счет напечатать Мария Константиновна уже не могла.

Лена училась на третьем курсе, когда ей позвонили из банка и сообщили, что, если долг не будет выплачен до конца месяца, у них заберут дом.

Справившись с первым шоком, поинтересовалась, сколько они должны. Оказалось, семьсот тысяч (под какой же процент ты брала ссуду, Мария Константиновна?).

Для Александровых, мамы-учительницы и дочки-студентки, сумма неподъемная.

– Пусть забирают, – сказала ей лучшая подруга Катюня, выслушав рассказ Лены.

– Как пусть? Ты что?

– Дом в вашей глуши не стоит таких денег.

– Да, соседи за пятьсот продали.

– Да ваш еще и ветхий.

– Но он старинный. Его построили в начале ХХ века. Это наше родовое гнездо. Как отдать его на растерзание? И потом… Где нам жить?

– За семьсот вы в соседнем селе квартиру купите. Ты пока в общаге, матушку кто-нибудь да приютит. Закончишь бакалавриат, устроишься на работу, возьмешь ипотеку…

– Нет, я не отдам свой дом.

– И что будешь делать?

– Искать деньги.

– Удачи тебе, – кисло улыбнулась Катюня, ни на миг не поверив в успех.

А Лена была полна решимости. Она ходила по банкам, знакомым, знакомым знакомых… Понимала: всю сумму сразу ей никто не даст, но надеялась насобирать по частям. Но увы… Больше двухсот пятидесяти не получалось. Лена решила заткнуть глотку банку хотя бы этой суммой, но тут пришла помощь откуда не ждали…

Катюня была такой же, как и подруга, бесприданницей, только городской.

Лена всегда думала, что они от фианитов отличаются только ценой, но, когда увидела в ушах Катюни, сразу поняла: они… Лучшие друзья девушек!

– Я нашла для тебя деньги, – выпалила подруга. – Только ты сразу не психуй и не отказывайся… Подумай.

– Ты ограбила ювелирный магазин и хочешь взять меня в подельники?

– Нет, я познакомилась с богатым дядей.

– Где?

– На работе. – Катюня четыре дня в неделю обслуживала столики в ресторане. – У нас заведение простенькое и никогда мы не видывали людей выше среднего класса… А тут такие дяди заходят! Двое! Оба, конечно, уже старые… – Для двадцатилетних «старые» – это сорок плюс. – Но холеные, важные.