Шепот горьких трав

Слова употреблял разные, в том числе матерные. Катя на них обижалась меньше всего. Ранил он ее другими:

– Кому ты нужна, кроме меня? Ты для них всех просто вещь, годная к употреблению.

Когда он бросал ей в лицо подобные слова, Катя начинала закипать, но в этот раз сдержалась.

– Сядь и дай мне закончить.

– Опять щенка помойного подобрала? Отмывать будешь, откармливать?

– Никогда так не делала, – не погрешила против истины Катя. Да, среди тех, с кем она встречалась последнее время, не было богачей, но голодранцев тоже.

– Да все эти мужики хотят не тебя, а моих денег.

– Игорь – нет.

– Не желаю знать его имени! – вышел из себя Арарат и пулей вылетел из залы.

На том разговор был закончен.

Увиделись бывшие супруги спустя неделю. Катя поймала Арарата в ресторане, где он обычно обедал. К ее удаче, он был один.

– Приятного аппетита, – сказала она, подсев к нему.

– Сказал бы спасибо, да ты его испортила, – отбросил вилку он. – Чего тебе надо, Катя?

– Поговорить спокойно. Тут, надеюсь, ты не будешь истерик закатывать? Как и убегать…

– Я думал, ты угомонилась.

– Бывшая, – напомнила Катя.

– О душе пора думать, а она все о письке своей. Мне говорит, по монастырям поехала, а сама из койки не вылезала целый месяц.

Вот и аукнулось Кате вранье. Арарата оно всегда задевало. Обманщики не любят быть обманутыми, а он был искусным лжецом. Первый ребенок у него родился, когда Катя еще была за ним замужем и знать не знала о параллельной жизни супруга.

– Я встретила мужчину, с которым хочу связать свою жизнь, – сказала Катерина. – У нас все серьезно. И я не могла об этом сообщать тебе по телефону. Мы не чужие люди.

– И кто он?

– Ты даже имени его не хотел слышать.

– Передумал. Так кто?

– Сыровар. Вдовец. Есть дети и внук.

– На старичков потянуло? Надо же.

– Он всего на четыре с половиной года меня старше.

Арарат молчал. И не смотрел на Катю. Уставился в тарелку, на которой горкой лежали листья салата вперемешку с креветками. Арарат поправился с возрастом и периодически пытался сбросить лишний вес. Правда, дольше двух недель на диетах не высиживал, срывался.

– Мы можем остаться с тобой друзьями? – спросила Катерина.

– Нет.

– Почему?

– Ты или со мной, или без меня.