Я выбираю…любовь!

 – А я к тебе собиралась присоединиться, поболтать.

– Наташ, посмотри туда, – она указала рукой в сторону храма. – Мне ведь не кажется? Это храм или часовня?

– Да! Часовня. Очень древняя. Говорят, что ей почти двести лет. Отреставрированная. В честь кого, не помню, – она посмотрела на Ольгу и продолжила: Она почти всегда закрытая. Хотя, может, сегодня… Леня! – позвала она мужа. – Часовня на взгорке, как ты думаешь, сегодня может быть открыта?

– Все может быть, – откликнулся Ленчик. – Можно дойти и посмотреть.

Ольга почувствовала, что какая – то неведомая сила зовет ее к этому месту. Конечно, интересно заглянуть в старинный намоленый храм, почувствовать его энергетику, приложиться к иконам. Но почему так сильно тянет туда, как будто душа переворачивается внутри, подталкивая ее: «Иди… иди…»?

Степан разжег угли в мангале. Нарезанное мясо вперемешку с помидорами и луком уже было насажено на шампура. Отдельно стояли решетки с зажатыми в них замаринованными куриными ножками.

Ольга взяла нож, разделочную доску и принялась нарезать хлеб и закуску, обдумывая план посещения часовни.

Лелик с Боликом крутились около Степана, помогая поднести, унести и следить за жаром от углей.

Другие дети вместе с Мишей гоняли мяч на поле.

Ольга вместе с Наташей и Леней едва успели накрыть стол, разложить салфетки и открыть соки, как Степан с мальчишками уже несли первую партию шашлыков.

Детский гомон, смех, веселье, легкость, ощущение полной свободы, улыбающиеся лица и, главное, искренность отношений радовали душу.

Ольга слушала восторги детей, видела, как внимательно выслушивают их взрослые, и понимала, что вот оно, ее счастье, которое, как ей хотелось, никогда бы не заканчивалось…

Степан и Леня вспоминали смешные истории, произошедшие в их поселке, про каких-то деда Никиту и его бабку Лукерью, которые на седьмом десятке лет решили стать бизнесменами, обанкротились, заперлись дома и ни с кем не хотели разговаривать.

И как потом весь поселок помогал им кто чем мог, чтобы они после своего бизнеса не остались бомжами. Ольга с Наташей смеялись от души над добрыми шутками ребят, а те, взбудораженные вниманием, вспоминали все новые и новые истории, надрывая животы от смеха.

Ольга видела, как Степан часто поворачивает голову в ее сторону, снова и снова подкладывая на ее тарелку добавку, наблюдая за ней, вовремя подавая салфетку, как будто она сама не могла это сделать.