Сама невинность

На узкую талию и так низко сидящее полотенце, на дорожку темных волос, с живота уходящую под него, и, заметив внушительный выпирающий бугор, прикусила губы.

Стас дернул полотенце, на котором она сидела, подвинул к самому краю. Одну ногу девушки поставил на корзину с бельем, что стояла под раковиной, другую задрал выше, на решетку сушилки. Смочил край другого полотенца водой, посмотрел девушке прямо в глаза, затем вниз, на обнаженную грудь, живот, раскрытое лоно и начал ее обтирать.

Катя охнула, сама опустила глаза, наблюдая за тем, как Стас нежно прикасается к возбужденной плоти.

Затем он выдавил жидкое мыло, растер между пальцев и начал медленно наносить его на лобок и половые губы девушки, взбивая пену. Он делал это плавно, не сводя глаз, иногда касался клитора, в эти моменты девушка вздрагивала, но не предпринимала попыток отстраниться.

Дальше в ход пошёл бритвенный станок, он плавными движениям скользил по коже, по лобку и ниже. Катя наблюдала, практически не дыша, иногда она отводила взгляд и рассматривала Стаса, как он напряжен и сосредоточен.

Ей хотелось погладить его по плечам, но она не решалась.

Все это было так необычно, так волнующе и интимно. Она и представить не могла еще вчера, трясясь в жарком поезде, что будет сидеть в ванной обнаженной перед мужчиной, которого она знала несколько часов, который ей уже безумно нравится. Сидеть с разведенными ногами, максимально раскрытой, и он будет брить ее между ног для того, чтобы потом там целовать.

Ладони вспотели, сердце забилось чаще в предчувствии чего-то сокрушительно-сильного.

Стас уже закончил брить, стирал смоченным полотенцем мыло и пену.

– Ты нереально красивая, малышка. Уверен, что твоя киска сладкая, словно мед, я боюсь подсесть на нее.

– Ты говоришь так странно, и в то же время возбуждающе. У меня мурашки бегут по коже от твоих слов.

– А у меня сердце скоро остановится, если я тебя не попробую.

Он резко поднимается, впивается в ее губы поцелуем, целует жадно, быстро. Руками мнет упругую грудь, он так голоден, чертовски голоден по этой девочке.

Она – его искушение, она – его грех и порок. Он от него уже не в силах отказаться.

Мужчина встает на колени, медленно, словно смакуя, накрывает губами раскрытые перед ним половые губы девушки, проводит языком снизу вверх, кончиком языка касается клитора, тихий стон срывается с Катиных губ.

– Стас… что ты делаешь?

Но Стас не ответил, а лишь продолжал мягко целовать чувствительный бугорок.