Ночная смена. Двойной тариф

Большое заблуждение, что ночью гостей меньше, ничего подобного. Самолеты прилетали так же регулярно, поезда приходили так же быстро. Отель “Империал” был лучшим в городе, поэтому и дорогим. Но это не отпугивало постояльцев.

Вот и сейчас от этих двух стоявших напротив нее мужчин пахло деньгами и властью, а вот этого Полина не любила. Люди, наделенные властью, не знают слова “нет”, им вынь и подай все мыслимое и немыслимое. Алкоголь, девочек, да бывало, что требовали и мальчиков. После таких кутежей часто был разгром, недовольство соседей по номерам.

Но, в конце концов, они приличное заведение с пятью заслуженными звездами, что украшали зеркальную панель позади нее.

Полина кашлянула, охранник, здоровый парнишка, на котором трещал по швам строгий костюм, стоявший в углу у большой вазы с живыми цветами, принял стойку. Она сделала вид, что не слышала, что ей сказали. Одно из золотых правил работника отеля – делать вид, что ты глухая, слепая и немая.

– Так сколько вам номеров?

– Нам один, с большой кроватью.

Влад продолжал сверлить ее взглядом так, что начинали дрожать руки. Девушка сглотнула. У них как раз был свободен люкс на пятом этаже. Просторный номер с гостиной и спальней.

– Ты собираешься спать на диване?

– Нет, Герман, я собираюсь вообще не спать. Разве можно спать с такой сочной девочкой?

– Будьте добры ваши документы.

– Бронь на Верещагина.

Полина быстро прошлась по клавиатуре, набирая фамилию, действительно, совсем недавно была оформлена бронь на это имя, причем уже с оплатой на неделю вперед.

Еще несколько часов назад она ее не видела. Интересно, кто из них Верищагин? В их отеле номера не то чтобы разбирались быстро, удовольствие здесь жить, да еще неделю, было не из дешевых. Но девушка уже привыкла к таким клиентам.

– Да, хорошо. Ваш ключ, триста тринадцатый номер. Портье вас проводит.

– Я хочу, чтоб нас проводила ты.

Влад нагло скалился, продолжая рассматривать девушку.

– К сожалению, я не могу покидать свое рабочее место.

Полина как можно более мило улыбнулась, а у самой подкашивались ноги. Они молча взяли ключ, эти мужчины, словно два зверя, смотрели на нее, не отводя глаз, становилось страшно, а еще внутри нарастало дикое желание. Она ведь помнит каждый сон, каждый толчок их членов в своем теле, словно это было реально.

Как только за ними закрылась дверь лифта, облокотилась о стену, сжала грудь рукой, соски болезненно ныли, даже так она чувствовала, какие мокрые у нее трусики.