Двойной соблазн. Малышка для мажоров

Братья не помнили, чтобы так их кто-то когда-то гнал взашей, а они, как нашкодившие щенки, убегали, поджав хвосты.

Любовь Генриховна – дьявол во плоти, а ее племянница – чистый ангел.

– А какая Вероничка сладенькая, ты понял? Нет, Макс, ты понял? – Никита, прижимая к груди курицу, которая не оказывала сопротивления, пробирался через заросли малины.

Макс понял, почувствовал, ощутил и охренел.

Девушка действительно была сладкой, нежной, губы полные, мягкие. Их хотелось мять, покусывать, облизывать, засасывать и снова сминать поцелуем.

В голове были лишь яркие вспышки, такие как от пролетающих мимо огней ночной трассы, когда летишь по ней на байке. Адреналин скакнул в крови, тело напряглось, возбуждение накрыло, член встал колом. И это все сразу, за доли секунды поцелуя.

Не смутило даже то, что Кит оторвал девушку от него, начал сам целовать, а Макс смотрел на это, сгорая еще больше от желания.

– Хрень какая-то…

– Ты понял, да? Черт, брат, меня все еще колотит.

Никита перелез через поваленную часть забора, курица не трепыхалась, а вот в груди у молодого человека сердце стучало африканскими барабанами.

Никита как увидел эту малышку, ее просвечивающий халатик, обнаженные ягодицы… Да он готов был поставить сто баксов, что на ней не было белья, лифчик точно отсутствовал.

Первое желание было подойти, взвалить на спину, унести в кусты, там задрать подол, узнать, что под ним, разорвать к дьяволу все, что мешает, и долго, очень долго не вынимать из ее малышки свой каменный стояк.

А когда брат, пытаясь заглушить крики, начал целовать Ягодку, вспыхнула обида и досада, что не он это сделал. Но наблюдая, как Макс практически трахает ее рот языком, возбудился еще больше, представив, как при этом он может входить в нее сзади по самые окаменевшие яйца. Вырвал девушку, сам вонзился в ее губы, простонал от удовольствия, но тетка все испортила.

– Ай!

Раздался хруст, потом еще, оставшаяся часть забора рухнула на территорию Зорина, Макс с Никитой остановились.

– Может, дед и не заметит, тут все равно кусты?

– Да какого хрена здесь творится, мать вашу?

– Уже заметил.

– Я вас куда послал? А вы что тут мне устроили? Почему имущество ломаете, паразиты?

– Дед, ну нечаянно, реально, я всего лишь наступил, а он хрусь – и все.

– «Хрусь» в твоей башке произошел давно, когда ты в тринадцать лет ей шибанулся об мусорный бак.

Макс хмыкнул, вспоминая тот случай, как потом Кит лежал неделю в кровати, тупо смотрел в потолок.