Вихрь переправ

– Сеера, – промурлыкала кошечка, учтиво вильнув бархатистым хвостиком.

– Не знаю, к чему тебе, юноша, наши имена, но зовут меня – Рарог, – важно представился ящер. – А чтобы ты не думал, что я какая-то там ящерица, то знай. Рарог – саламандр. Да не абы какой, а из рода Огненных! – и добавил скороговоркой, – Коромысло-лебеда, мёртво озера вода.

– Очень приятно. А меня зовут – Матфей, – добродушно последним представился юноша. – И у меня к вам предложение.

– Какое же? – спросили бывшие прислужники.

– Стать я вашим господином не могу, у меня есть прислужник, – произнёс Матфей и, заметив, как приуныли кошка и саламандр, тут же добавил, – но я хочу предоставить вам жильё у меня на первых порах. А там видно будет.

– Зачем мы тебе, демон? – поинтересовался Рарог, его писклявый голосок стал ещё тоньше и забавнее.

– Считайте это благодарностью за спасение моей жизни, – ответил Матфей, поднимаясь с земли. Силы к нему возвращались быстро, а голова прояснилась и больше не гудела.

– Но ведь это Сеера тебя спасла, а не я, – возразил Рарог, но в голосе его слышалась надежда.

– Ну и что, – отмахнулся юноша. – Вы оба пострадали. Я тоже в малой степени. К тому же, как вам известно, я всеслух, а, значит, не подарок. Это уже вам решать – идти за мной или нет на свой страх и риск.

– Мне уже нечего терять, – признался ящер. – Всё равно репутация уничтожена. Ложки-поварёшки, остались от козы рога да ножки.

– А ты мне нравишься, – честно добавила Сеера и потёрлась спинкой о пыльную брючину джинсов в знак признательности.

– Отлично, значит, поживёте у меня столько, сколько нужно.

8. Притирки и новые союзы

Всю дорогу до дома Матфея одолевали противоречивые чувства. Опасения, что Гамаюн в очередной раз осудит опрометчивость его поступка, свершённого под действием эмоций, сменялись откровенной жалостью к судьбам осиротелых прислужников. Сеера в молчании шествовала подле юноши, грациозно ступая бархатистыми лапками, будто миниатюрная пантера, а Рарог забрался под куртку нового покровителя и с удовольствием грелся на его груди, крепко вцепившись коготками в свитер.

В прихожей его встретила Вида.

– Сына, а зачем ты привёл в дом кошку? – полюбопытствовала женщина.