Сны за полночь

На кухне и в спальне внезапно распахнулись окна, дав сильному порыву морозного ветра ворваться в дом и позволить ему срывать с тумб, столов и шкафчиков лёгкие вещи. В дом ворвался ворох осенних листьев и несколько из них неприятно шлёпнули по лицу Марго, когда она в спешке закрывала окно на кухне. В спальню она не спешила, она чувствовала, что теперь она дома не одна.

Но её тело сопротивлялось благоразумию головы, оно будто марионетка, подчинялось властному тону невидимых нитей, которые подталкивали хозяйку всё ближе и ближе к тёмному зеву комнаты.

Коридор, который был от силы метра три и вмещал лишь старый платяной шкаф да тумбу для обуви с громоздившимся на стене округлым зеркалом, по чьей-то лихой воле удесятерился и казался бескрайним, ведь конец его венчала ночная спальня с распахнутой настежь дверью.

Ветер вновь распахнул окно за спиной Марго, но она не обернулась, вместе с промозглым холодом в дом ворвался жуткий и леденящий голос, который коснулся ушей и щёк девушки, оставляя на коже мурашки и серебря инеем ресницы.

– Ты заплатишь, смертная! Ты заплатишь за осквернение! Ты заплатишь за покой владыки! Ты умрёшь! Да будет проклята Твоя душа!

Марго стояла на пороге своей некогда уютной и любимой спаленки, только сейчас там не было уюта и надёжности, оттуда реяло смертью и удушающим страхом. Свиток излучал нестерпимый свет, казалось, что он горит, что пламя вырывается из недр его и тот час же перекинется на кровать, чтобы пожрать её, а затем и всё на свете.

Невидимые пальцы сомкнулись на шее девушки и стали сжиматься, обещая близкий конец. Марго тянулась к свитку из последних сил, она почему-то была уверена, что стоит лишь коснуться этого проклятого папируса и тиски на шее ослабнут, тогда появится шанс, ничтожно малый, но появится. Когда воздух прекратил поступать в горло, а позвонки шеи угрожающе захрустели, именно тогда кончиками пальцев девушке удалось дотянуться до края полыхавшего папируса и дотронуться.

Свет тут же погас, а сила, что сдавливала шею, вмиг отступила. Получалось, что свиток был одновременно проклятием и спасением Марго. Но надолго ли?

А голос невидимого стража папируса кружил совсем рядом, им наполнился дом, цветы зачахли, остальные жильцы не слышали того, что происходило в квартирке Марго, но чувствовали себя крайне неуютно и испытывали подавленность вкупе с неясной обеспокоенностью.