Только лишь гости

А главное – снова и снова вводить последовательность команд в ключевые камни, и со стороны это выглядело магией, танцем ладоней на суровой поверхности камня.

Делать это и предстояло Элаю и его мастерам, а простым рабочим нужно было лишь чётко выполнять команды. Таскать же скинутые на землю рыжие камни и хоронить их в глубоких ямах Элай и вовсе поручил тем, кто лучше всех годились для тяжёлой работы; ибо были выносливы, несчастных случаев не боялись и за труд брали гроши. В общем, для тяжёлых работ старший инженер нанял альвов, а то, что люди из Кальдеры косились на головешек недобро, его не волновало.

Ранним утром в середине лета начался разбор Жёлтой стены Кальдеры, и спустя месяц, когда задули вечерами холодные ветра, бо?льшая часть камней уже была похоронена вдоль подножья северных гор.

В один из таких вечеров Элай, как обычно, осмотрел оставшуюся кладку, проверил, не было ли нарушений, способных запустить защитный механизм. В случае угрозы пробития стена стремительно разрушалась: последний шанс хоть как-то уменьшить численность атакующей орды.

Потом Элай отошёл на два десятка шагов от стены и прикинул, сколько ещё времени потребуется на окончание работ. Может, недели две или три, хорошо, что не нужно убирать фундамент. Напротив, на нём построят торговые врата – как знак победы над Болотными троллями.

Но это уже не задача Элая, к тому времени он вернётся к семье. Вспомнив об Елене и сыновьях-погодках, он невольно улыбнулся.

Нынешнее дело стало его первой работой в должности старшего инженера, он всё ещё был должен Ордену за обучение – долг выплачивался не деньгами, а заданиями, так что отказаться Элай не мог.

И ему нравилась эта работа, но быть вдали от семьи оказалось сложнее, чем он думал. Раньше он никогда не оставлял их надолго. Хорошо хоть, раз в неделю прибывал вестник Ордена: привозил почту, забирал отчёты. Единственный способ связаться со столицей, ведь столбы коммуникаций до Кальдеры так и не дотянули.

Жить здесь после столицы – всё равно что отступить на столетия назад.

Уклад, лишённый привычного комфорта, даже затягивал по-своему. Но нет, Элай не попал под очарование «простой жизни». Если не знать ничего иного, только тогда и можно с этой «простой жизнью» смириться.

Но хоть удачно сложилось, что вестником был назначен друг детства Элая, Тайр. С ним можно было поговорить о том, как идут дела дома. Елена писала мужу письма, но такие скупые, что он запоминал их наизусть уже со второго раза.