Планета любви

Тут королевой полей была мицеллярная вода, ее отнимали у многих в аэропорту при осмотре клади

– НВ, зачем опять два флакона, вы же ей не пользуетесь…

– Ольга Викторовна, так и Вы забирайте, и мне пригодится, на даче соседям подарю.

И остальное – начатые дезики, парфюм, шампуни, бальзамы, все для бритья и даже шампунь для белых собак…

3.      Алкоголь. Встречалось и импортное пиво, и хорошее вино. Местные узбеки все найденные красивые бутыли дарили НВ. Это богатство было запечатано и почему отправлялось на помойку – мне было не совсем понятно.

4.      Еда. Разная. Запечатанная. Обычно с кончающимся сроком годности. Да, я ела с помойки три месяца жизни – и это казалось тоже необычно прекрасным.

5.      Таблетки и витамины. НВ чрезвычайно заботился о здоровье. Постоянно мерил давление. Стала мерить его и я: должно же быть общее развлечение. НВ горстями ел таблетки от всего, а сильные таблетки покупал по рецепту от брата-врача или без рецепта: фармацевты ему почему-то их продавали.

6.      Разное. В основном антиквариат. Оружие и наркотики тоже были. НВ везло на анашу. Как-то он приволок что-то, что надо было заряжать, кажется, для сигарет. НВ поставил это в коридор, и оно взорвалось, испортив часть найденной обуви. Впрочем, к тому, что что-то взрывается, НВ было не привыкать еще с раскопок. Привыкла и я. Как будто всю жизнь так жила.

НВ ушел на свою помойку за пару месяцев до моего появления в его жизни, и сразу было понятно, что это явление временное, но нахождение там умного, образованного, необычного мужчины было слишком странным. Причем, НВ был настоящим аристократом не только по речи и поведению. Чистая одежда, ухоженные ногти, дорогой парфюм… даже небольшую бородку он брил специальной машинкой.

Что его там держало? Мы часто говорили об этом.

На помойке было много необычных вещей, а НВ признавал, что у него был синдром Плюшкина.

Но было и еще то, что рассказывалось почти после каждого рабочего дня. Там, среди узбеков и других не сильно развитых людей, – НВ был великий Гуру помойки. К нему обращались за «добрым советом» по поводу найденных вещей и сильно его уважали. Даже старшие называли его – Ога. А самый уважаемый узбек даже предлагал отдать за НВ свою младшую дочь.