Мой упрямый принц

Папенька, привыкший ей повиноваться, слова бы поперёк не сказал.

К счастью, дядя распорядился иначе, назначив наследницей меня и выделив Сюзи хорошее приданое. Папа, дядин младший брат, остался не у дел.

– А ты, Эстер, могла бы и подумать о собственной сестре и обо мне! – накинулась на меня маменька. – Впереди смотрины при королевском дворе, а новые туалеты ещё не заказаны! В чём мы поедем? В обносках?

– Дорогие же у вас обноски, судя по последним счетам от портного, – не удержалась я.

– Как ты разговариваешь с матерью! – Маменька подобралась.

 – И отдай мне ключ от шкатулки, немедленно! На твоей сестре должны быть фамильные драгоценности, когда принц её увидит.

Она вытянула вперёд руку.

Я помедлила. Отдавать ключ не хотелось совсем, тем более что у маменьки были собственные драгоценности – по крайней мере, те, что она не успела продать. Но младшая сестра глядела так жалобно, что отказать ей я не могла. В конце концов, представление ко двору бывает лишь раз в жизни.

– Если хоть одно из украшений окажется у ростовщика, – предупредила я, доставая ключ на тонкой цепочке, – у нас будет серьёзный разговор.

Маменька фыркнула:

– Да уж не сомневаюсь!

Она смерила меня многозначительным взглядом.

– А у нас с его высочеством, уверяю тебя, будет отдельный разговор о тебе. Да, в королевские невесты ты с твоими манерами явно не годишься, но уж подходящего супруга мы тебе подберём.

Мне стоило труда не вздрогнуть. Да, дядя оставил мне Монтер, и по условиям завещания маменька не имела права ни продавать лес, ни увеличивать расходы на своё содержание.

Вот только до моего совершеннолетия оставалось ещё полгода, а это значило, что опека надо мной сохранялась, пусть и формальная. И слова маменьки не были пустой угрозой.

– Пожалуйста, не ссорьтесь! – взмолилась Сюзи. – Маменька, давайте лучше откроем шкатулку! Я так хочу подобрать драгоценности для первого приёма!

Выражение лица маменьки мгновенно смягчилось. Но она всё же неодобрительно покачала головой, глядя на мой наряд:

– Снова собралась скакать по лесам? Набралась от своего дяди, бродяжничаешь где ни попадя, собираешь свои травы и ещё хочешь, чтобы люди тебя уважали!

– Составы из этих трав не раз облегчали вам жизнь, – парировала я.

 – И если бы эти травы вместо меня собрали браконьеры, некому было бы лечить папину поясницу и ваши расстроенные нервы заодно!

Сюзи округлила глаза.

– Эстер!

Я вздохнула, мысленно упрекнув себя за несдержанность.