Кровь неделимая

– Может, ты, док, все-таки передумаешь? Или, по крайней мере, хозяйку какую-никакую себе заведешь?

Старик, все время строгавший какую-то затейливую штуковину, с усмешкой глянул на Егорку из-под бровей и сказал:

– А я уже не док, Егорка, я теперь – дед Грыгорий, вона как, землячок. Это ж надо – мы с тобой земляки. Чудно, право слово, чудно! – и засмеялся.

– Да ты не жалей меня, – продолжал он, – я стал тем, кем был всегда – незатейливым бирюком. И ломать себя больше не хочу. Даже говор местный вспомнил. Знаешь, как материнского молока отпил.

– Это неплохо, док. Выделяться не будешь.

Старик промолчал в ответ, потом оглядел свое немудреное хозяйство и улыбнулся:

– А что до домашних хлопот – так это только на пользу. Так что, Егорушка, я теперь тебя жалеть буду. Загнал ты себя в ловушку, хуже не придумаешь. Как выпутываться будешь?

– А никак пока. Может, привыкну. Или забуду.

– Не привыкнешь. И не забудешь.

– Я, это, попросить тебя хотел….

Старик вопросительно приподнял брови.

– Ты, это, если увидишь… Впрочем, нет, ничего. Сам сообразишь.

– Ну да, ну да, – усмешливо закивал головой доктор.

Глава 3

«Кажется, я влюбилась….». И сердце мое покорно покатилось в памятные смешливые глаза.

С этой мыслью я и уснула, шепотом помолившись. Давно забытое мною «Спасибо, Господи!» было главными словами. Впервые за пять лет я не просила ничего. Ни-че-го! Я только благодарила. И еще надеялась на помощь. «Чуть-чуть, чтобы не потерять…!», а что потерять, я не осмыслила, я уснула.

Наверное, надежду….

Наутро Марта Адольфовна принесла мне поднос с завтраком, пожелала доброго утра и заявила, что господин Власов уехал в Москву по делам, вернется поздно, а, может, заночует в московской квартире. В общем, я получала свободу до самого вечера.

Что делает нормальный журналист, если получает свободное время? Конечно, он лезет в Интернет! Мне хотелось как можно больше узнать о Власове. Что он, кто он, ну, в общем, биография в подробностях. Но, увы, ничего нового я не узнала.

Обыкновенный московский школьник, потом студент, несколько удачных операций во время перестройки, а до этого, как у всех начинающих предпринимателей тех лет – два-три кооператива. Потом – купли-продажи, совместные предприятия и т. д. и т. п. В общем, как-то слишком все гладко и правильно. Ни тюрьмы тебе, ни сумы, ни одной-единственной ошибки. И ни слова о его семье! Как будто кем-то было наложено табу на информацию о личной жизни Юрия Власова.