Хранительница эфиура

Предназначение опре…».

Сон прервали петухи, возвещавшие на весь мир о начале нового дня. За голосами петухов послышалось мычание коров, которых повели на пастбище.

– Как я обожаю коров! Еще больше петухов с их дивными утренними песнями. – промычала в подушку Алёна.

«Имею право поваляться еще чуть-чуть!» – подумала она и перевернулась на бок, укутавшись с головой одеялом.

Только Алёна задремала, как очередной грохот внизу от упавшей на пол крышки кастрюли снова ее разбудил.

– Наверно, придется вставать.

Алёна откинула одеяло, села на край кровати, взяла со стула брошенный с вечера сарафан и, полусонная, надела его. На часах было восемь.

– Что тут за грохот с утра? – спускаясь из комнаты на кухню, спросила она.

– Доброе утро, Алёнушка. – хлопотала бабушка Сима на кухне. – Чуть каша не убёгла, пришлось ловить. – пошутила бабушка.

– Это со скольки ты на ногах кашу ловишь? – подхватила Алёна.

– Да не раньше утра, милая. Збирайси[9 - Збирайси (устар.) – собирайся;] давай к завтреку.

– Бабуля, мне у тебя спросить кое-что надо. Ты ведь эту деревню и этот лес хорошо знаешь? – осторожно поинтересовалась Алёна.

– Каждый дом, каждую травинку. Доспелось ли чего, Алёнушка?

– Да, в общем-то ничего страшного… – Алёна не успела договорить, как в дверях появилась Анна Максимовна.

– Доброе утро всем.

Мама прошла на кухню и обняла сначала Серафиму Васильевну, потом Алёну.

– Доброе утро, мама. – оглянулась Алёна. – Пойду умоюсь.

– Сколь неловка???я[10 - Неловко?й- несговорчивый;], Нюра. Не чуёшь[11 - Чуешь – слышишь;], чего дочь хочет. – мягко сказала бабушка Сима, когда внучка скрылась за дверью.

– Мам, ну ты же понимаешь, что сейчас выжить можно, только если у тебя престижная профессия и работа. Куда она с этой историей? Я в свое время тебя послушала и не жалею о выборе.

– Ты сама до этого докумекала[12 - Кумекать – думать, соображать;]. Отчего супротив[13 - Супротив – против воли;] желаний дочери идешь? Наопосля[14 - Наопосля – потом;] жалеть будешь.

Прохладная вода освежила лицо Алёны, смыв оставшийся сон. Она посмотрела на себя в зеркало, на щеках появился еле заметный румянец, глаза блестели.

– Так гораздо лучше. – отметила девушка.

В приподнятом настроении от предвкушения, что она узнает какую-то тайну от бабушки, Алёна вышла из ванной комнаты и направилась на кухню.