Картина

За полтора часа до возвращения Кости она решила сбегать в магазин – купить овощи, рыбу, приготовить нормальный ужин.

Гостиную она снова решила пересечь быстрым шагом, но, едва перешагнув порог, замерла. Взгляд упал на эскиз. И отсюда, с этого ракурса, всё встало на свои места.

Под краской был портрет молодого симпатичного мужчины. Силуэты деревьев – как ей казалось – сложились в кудри, закрывающие уши. Вниз тянулся замок или вереница пуговиц на планке рубашки. Глаза немного печальные. Если это автопортрет, то художник очень симпатичный.

Пока не пропало наваждение, Аня закрасила волосы, глаза и губы, чтобы вечером похвастаться своим открытием. А потом рванула в магазин.

– Ты реально хочешь его нарисовать? – Костя поднял брови, надеясь, что всё понял не так. Он лежал на своей подушке ноутбуком перед мельтешащим телевизором.

– Да. Представь, как будут перекликаются пейзаж и портрет.

– На кой, прости, ляд мне лицезреть какого-то мужика в моей гостиной?

– Но он был здесь, это его стена.

– Это уже наша стена, официально. Когда он жил здесь, мог творить что хотел. Сейчас наша очередь.

– Ты против рисунка?

– Нет, я против неизвестного чёрта на моей стене!

– Ну ему причёску изменим.

– Ты вообще себя слышишь?! – Костя повысил голос. – Мне иногда кажется, что мы поторопились с квартирой. Она сводит тебя с ума, в прямом смысле!

Аня плюхнулась на свою подушку и заплакала. Она столько сил потратила на восстановление рисунка, и что в ответ?

Она сходит с ума?

Да, сходит, и в то же время нет.

Она впервые поняла, что хочет изменить свою жизнь. Отойти от привычного плана – работа, ипотека, грядущая свадьба, дети – и сделать то, что кажется важным для неё. Прямо здесь и сейчас, не откладывая мечты на потом.

Тогда почему она должна мириться с непониманием? А если есть непонимание, то, может, Костя прав – они поторопились с этой квартирой? Точнее, не с самой квартирой, – если отмотать время назад, она бы поступила точно так же. Что, если поторопились в серьёзных отношениях с Костей?

Хотя и здесь какие были сомнения? Ведь они уже жили вместе, в его съёмной квартире.

Что же сейчас поменялось? Да, сделан серьёзный шаг, но неужели он разрушит всё? От этой мысли слёзы полились ещё сильнее.

Костя сел рядом и обнял её:

– Эй, малыш, ты чего? – нежно спросил он. – Решила затопить соседей? Не забывай, что под нами четыре этажа, а нам самим деньги на ремонт нужны.

Аня прижалась к нему, продолжая всхлипывать.