Парапсихолог. 1 часть

Именно там мы задержались особенно длительно, потому что Юлия искала непонятные для меня символы надгробий, даты захоронений и эпитафий, начертанных на плитах. И эмоционировала от каких-то хроникальных несостыковок.

Я, помнится, еле ноги унёс оттуда, как было мне хреново от местной жути и остро захотелось вернуться к светящемуся монитору любимого компа и тёплой чашечке кофе. А, она загорелась новыми идеями, и, если бы я её не напряг своим нытьём, мы бы ещё долго шарились по этому дохлому, в прямом смысле, месту.

– Роман, – Юля вывела меня из ассоциаций, я слегка вздрогнул. Я немного просканировал свою голову в поисках подходящей реплики, но там оказалось пусто, кроме единственной мысли одеревеневшего сознания: сейчас прозвучит нечто, противоречащее здравому смыслу. Я замер в ожидании новых откровений, и мне было не стыдно, что я чист, девственно чист на любые философские измышления. В этот момент мне просто хотелось закидаться водярой до невменяемого состояния овоща, отключиться от Матрицы, (любимое выражение Юли) и задвинуть подальше все мирские дела и неурядицы, неугомонно сваливающиеся на меня, как из прорвавшейся канализации.

Впрочем, я готов был послушать новые постулаты Юли и приплюсовать их к тем чудо-знаниям, которые она старательно, а порой просто изощрённо, впечатывала в мою нервную систему.

Она заметила моё состояние прострации, но продолжила разговор, заранее зная, что я мало-мальски начну отдуплять по ходу дела.

А, что мне ещё оставалось делать, – конечно, настроить уши и остаток своего разумения на разные хитросплетения Юлиной мысли.

– Почему мы живём в срединном мире? Точнее сказать, существуем, – я обрадовался, что ассоциации всё же правильно выстраиваются в моём угасающем мышлении. Я лихо опрокинул стопочку шотландского виски, радостно отметив его лёгкое обжигающее действие. Юле было фиолетово на начало моей сегодняшней алкоголизации.

Она лишь прилагала небольшие усилия, чтобы поддерживать прочную связь с моим сознанием и не дать мне съехать с нашего общего канала связи.

– Да, потому что уровень агрессии, злобы и страданий в нашем мире достаточно высок – мировое пространство буквально нашпиговано негативом и болью. Но этого всё ещё недостаточно, чтобы человечество полностью утратило всякие надежды на будущее. Хоть и призрачно, но оно просматривается и чувствуется.