Опекун. Запрещено любить тебя!

И сразу приступил к повторенью «пройденного», удерживая девушку у себя на коленях, принялся ее целовать и одновременно ласкать грудь. Девушка начала сладко стонать мне губы, и я плавно скользнул в ее уже влажное от любовного эликсира лоно и принялся ласкать пальчиком клитор, чуть нажимая и теребя одновременно. В ответ она взяла член в руку, и ее пальцы охватили его и сжали, нежная ладонь стала двигаться вверх и вниз, наслаждаясь его длиной и твердостью. Впрочем, как и я наслаждался ее лаской, она наслаждалась моей.

Вскоре мои движения стали более интенсивнее и моя «ученица» тоже стала быстрее двигать рукой по стволу члена, наш громкий крик наслаждения слился в единый, и белое семя брызнуло на руку и живот моей воспитаннице. Содрогнувшись в оргазме, Катарина, как и в прошлый раз, тяжело дыша, уткнулась головой в мое плечо.

– Это было так прекрасно и волнующе… Но ты говорил, что мужчины могут щекотать… проникать своим членом внутрь женщины, не только для зачатия дитя…

– Верно, моя хорошая, это делается, чтобы получить удовольствие.

– А нам можно это сделать? Наверно, будет сильно больно, если такой длинный член войдет в мое лоно…

– Первый раз чуть-чуть, а затем несколько движений взад и вперед, и для женщины наступает минута полового наслаждения и удовольствия, – произнес тихо, ласково поглаживая ее по плечу.

– Я бы очень хотела, чтобы ты вошел в меня, но боюсь, что будет больно.

– Не волнуйся, я буду очень осторожен и не войду в тебя полостью.

Встав с ней на руках, пошел к кушетке, перехватил правой рукой ее талию, а левой взялся за спину, прижал ее к себе и нежно поцеловав, положил ее на кушетку. Она была чудо как хороша, упругая грудь, которая была белой с розовыми сосочками, токая талия, и нежный пушок темных волос между ног. А в ее карих глазах я увидел жаркую страсть и желание.

Сладко вздохнув, Катарина обхватила мою шею руками и неумело прижалась своими губами к моим, пытаясь меня поцеловать. Неторопливо отвечая на ее поцелуй, аккуратно раздвинул ей ноги. Сильное возбуждение прошло по моему телу, я не мог больше ждать, во мне все горело от нетерпения оказаться между ее нежных губок.