Янтарный меч

Видно, решили, что сжечь частокол сподручнее. От ворот тянуло дымом.

– О! Девка!

Пока она пробиралась по двору, один из мужиков успел влезть на дерево и теперь горланил оттуда.  Ярина по давней привычке вжала голову в плечи и опрометью бросилась к калитке.

– Держи ведьмино отродье! – раздался из-за частокола яростный вопль.

Калитка не поддавалась. Старые петли поскрипывали, насмешничая над Яриниными потугами, поэтому она потеряла драгоценное время, прежде чем удалось сдвинуть дверь так, чтобы протиснуться наружу.

Едва она свернула на тропку, удар в живот заставил согнуться. Не удержавшись, Ярина рухнула под ноги рослому мужику.

Грубые ручищи вздернули вверх, пальцы впились в плечи так, что она не сдержала стона. В лицо пахнуло застарелым потом и перегаром. Единственное, что пришло в голову – ударить узлом с еще теплыми пирогами, но какой из нее воин против этого медведя! Сальная ухмылка расползлась по одутловатому лицу – он прекрасно чуял ее страх.

Выдернув из ослабевших пальцев узел, мужик распотрошил его.

Не обнаружив сокровищ, злобно бросил наземь. И напоказ раздавил сапожищем. Узелок жалобно хрупнул, в воздухе пахнуло свежими пирогами, которые с такой заботой собрал для нее домовой.

Ярина билась как птица в силках, но ее потуги вызывали лишь хохот. Она была беспомощной, и мучитель наслаждался этим.

– Ну что?! – раздался вопль с другой стороны частокола.

– Пойма-ал! – откликнулся мужик. Хлесткая пощечина обожгла лицо, Ярина снова очутилась на земле, а он уже крепко наматывал ее косу на руку, аж шея хрустнула.

 – Ну, тварь. Добегалась!

Он обхватил Ярину поперек живота и потащил. Все попытки пинаться и царапаться встречались только издевательским хохотом.

– Гляди-ка!

Возле ворот полыхал костер. Один мужик поджигал ветки и бросал через забор, другой заряжал самострел. Его Ярина видела вчера в деревне – это он принял повод, когда она спешилась и направилась в корчму.

– Выжила, – с удивлением сказал он. – Точно, ведьма.

Тот, кто притащил Ярину, дернул ее за косу, задирая голову вверх.

Ярина попыталась подняться, чтобы уменьшить боль, но ноги не слушались, а на глазах выступали слезы. Эти попытки встретили глумливыми смешками.

– Отпусти девку, – пробасили рядом. Возле частокола появился еще один мужик. Он не смеялся. Невысокий, коренастый, в латаной-перелатаной куртке, он стоял чуть поодаль, хрипло дыша и хмурясь. Мужик был в годах, старше остальных, но больше Ярина разглядеть не могла – слезы мешали.