Лучезарный ангел

Когда молодые люди подошли к мосту через канал, девушка предложила:

– Давайте постоим немного у воды.

– Постоим, – согласился Ян.

– Иногда, по пути куда-либо, я здесь останавливаюсь и смотрю на лодки и баржи – обычно, когда матушка отправляет меня на рынок за продуктами или с гостинцами к крёстной.

Сумерки окутали город, и он вдруг показался каким-то особенным, полным тайны, предназначенным только для них двоих. Где-то вдали послышалось пение. Ранние звёзды, жёлтые, ещё не разгоревшиеся, несмело выглядывали сквозь летящие облака, напоминающие огромные вздувшиеся паруса.

– Всякий раз, глядя на наше небо, я не устаю удивляться: какие цвета, тона и полутона! – с восторгом сказал Ян. – Посмотрите, вон там облака тёмно-сиреневые и иссиня-чёрные, а следом наплывают бордово-красные с жёлтыми и зеленоватыми полосами…

– Правда! Я тоже порой не могу оторвать глаз от такого неба, но чаще оно у нас бывает серым, как некрашеный лён.

– А вы попробуйте присмотреться к нему даже тогда – и увидите то, что не могли разглядеть раньше.

– Постараюсь присмотреться, но неужели я ещё что-то увижу?

– Непременно.

– Многие называют наше небо скучным и бесцветным…

– А для меня оно всегда волнующее и загадочное. Я мечтаю написать вид Дельфта так, чтобы небо занимало большую часть полотна, и показать, как облака плывут после дождя – неторопливые, величавые, а силуэт города будет виден издалека, как нечто прекрасное… Полотно я хочу поделить на четыре части: набережная, река, постройки и огромное небо.

Катарина, выслушав Яна, лукаво спросила:

– Надеюсь, я буду первой, кто увидит картину?

– Конечно. Дело лишь за малым – осталось её написать, – шутливо ответил художник.

Внизу, словно старинное серебро, темнея, поблёскивала вода.

– Посмотрите, Катарина, в воде, как в таинственном зеркале, отражаются облака, тени пролетающих птиц, свет далёких звёзд… А ветер, словно художник, пишет свою картину. Об этом можно сочинить сказку.

– Как это красиво, – прошептала девушка.

– Всё благодаря вам. Вы вдохновляете меня.

Глаза Катарины были совсем близко, эти ярко сияющие в сумерках глаза. Взгляд Яна растворился в них.