Беспокойные тени

Тонкие белые перчатки с серебряной вышивкой на запястье выделялись в его темном наряде и черной комнате. Граф Инрок чувствовал себя уютно, когда его со всех сторон обнимал полумрак. Свет отвлекал богача от работы.

Инрок отложил в сторону одну бумагу, взял другую, но и ее тоже отложил. Потянулся к вазе с засахаренными вишнями, но остановился. Привычным движением откинул с глаз пряди тонких прямых волос. Постучал кончиками пальцев по столешнице, повторив простую мелодию, услышанную на ярмарке еще осенью.

Непонятное беспокойство заставило Инрока отвлечься от работы.

Он встал, прошелся по комнате, остановился у окна. Телега фермера стояла рядом с дверью башни, но самого фермера рядом с ней Инрок не увидел. Прищурившись, он разглядел незнакомца в потертой кожаной куртке. Этот человек показался ему смутно знакомым.

Захлопнув окно, Инрок вышел из кабинета и быстрыми шагами направился вниз по лестнице. Его терзало неприятное предчувствие. Незваную гостью он встретил, когда та попыталась проскользнуть к выходу.

– Какой неприятный сюрприз, – тихо сказал граф Инрок, встретившись взглядом с кудрявой девчонкой маленького роста. Потрескивающее пламя факела освещало их лица.

***

– Знаешь, что губит людей? Самоуверенность. Это ведь она поселила тебе в голову идею проникнуть в башню богатого человека? Да, должно быть, идея и неплоха – моя башня одинока, окна закрыты, стражи нет. Но, не будь ты столь самоуверенной, подумала бы, что тебе не может везти всегда и во всем. Сейчас ты, пожалуй, уже понимаешь это.

Граф Инрок стоял, опираясь на тяжелый письменный стол и сложив руки на груди. Марта смотрела на него и молчала. Это одновременно раздражало и удивляло графа. Наглая воровка вела себя так, будто это не она забралась к нему в башню, а он к ней.

– Тебе нравится моя Камея? – спросил вдруг граф. На его широком низком лбу появились две тонкие морщинки.

Марта удивленно вскинула брови.

– Ну, – замялась она. – Город. Просто город. Очень уж серый.

Граф Инрок подошел к окну и широко распахнул его.

Марта разглядела вдали Камею, холодный камень среди полей, лесов, рек.

– Не серый. Серебряный!

В голосе графа звучало истинное восхищение. Лицо его просветлело, на губах появилась улыбка.

Марта рассеянно пожала плечами.

– Не делай этого, – поморщился граф Инрок, покосившись на Марту. Настроение у него менялось так же быстро, как и темы разговора.

– Не пожимать плечами? Или не называть Камею серой? – удивилась она.