«Подарок» на день рождения

Тёща как-то странно на него посмотрела.

– Хорошо… Это я относилась к тебе предвзято. Я и сейчас считаю: не свяжи Таточка с тобой свою судьбу, всё было бы иначе. Но разговор не об этом. – Она вздохнула и крепко сжала в кулаке платок. – Аркаша прав: ты не виноват в их смерти. Ты действительно любил мою девочку. Теперь я это точно знаю.

Она не просила прощения, не извинялась, но по её тону было понятно: она сожалела о том, что вела себя с Вадимом грубо и несдержанно. Это озадачило его.

– Елена Сергеевна, возможно, ещё день назад вы бы даже в самом страшном сне не сказали мне этих слов.

Тёща помолчала.

– Я не хотела к тебе идти, – наконец, призналась она. – И тогда Аркаша поведал мне одну очень интересную историю. Про тебя и про Татку…

Вадим с любопытством смотрел на женщину, а она неторопливо продолжала:

– …Наташенька редко делилась со мной своими проблемами. Для этого был папа. У него и профессия подходящая, и нервы покрепче.

Она неожиданно взяла Вадима за руку.

– Скажи: ты правда хотел встречаться с Наташей, зная, что у неё СПИД?

Не понимая, куда клонит тёща, он пожал плечами и откровенно признался:

– Да. А что?

Елена Сергеевна мягко похлопала его по руке.

– Вот тебе и ответ на твой вопрос. – Она первый раз за всё время улыбнулась. – Ни один нормальный, здравомыслящий человек не пойдёт на такой шаг. Если только он… не влюблён по-настоящему.

Вадим убрал руки со стола.

– И тем не менее моя любовь не спасла ни жену, ни дочку.

– Ты сделал всё, что мог.

– Я вообще ничего не сделал, – сухо отрезал Вадим. – Никогда себе этого не прощу.

Он порывисто встал из-за стола и подошёл к окну. Равнодушным взглядом окинул заснеженный двор. Протрезвевший Пашка благополучно выезжал со стоянки. Вадим прижался лбом к холодному стеклу и тихо проронил:

– Ну почему вы пришли именно сегодня? Зачем?

Это было скорее сожаление, чем вопрос.

– Видно, Господу нашему угодно, чтобы ты жил дальше, – так же тихо ответила женщина.

За спиной послышалось слабое всхлипывание. Он обернулся. Поставив локти на стол, тёща тихонько плакала, закрыв руками лицо.

Вадим подошёл к ней и встал рядом.

– Елена Сергеевна, – позвал он.

Женщина расправила смятый платок и принялась вытирать глаза.

– Не могу, Вадим. Как вспоминаю девочек – слёзы сами на глаза наворачиваются.