С клубничным вкусом

Офицер пришел в себя и кинулся на Алёнку в ответ, благо шкафчик быстро сориентировался, задвинул Алёнку за свою широкую спину и строго одернул офицера:

– Капитан Власов, держите себя в руках.

Униженный капитан униматься не желал:

– Да я из этой сучки сейчас всю душу вытрясу, – долетали до Аленки из-за спины шкафа грозные выкрики капитана.

Спина шкафчика напряглась, что для Аленки послужило свидетельством того, что нервы его закончились, а учитывая, что с капитаном шкафчик были в разных весовых и ростовых категориях, то капитан рисковал потеряться на этой поляне надолго.

Ситуацию спас грозный голос, который она слышала ранее, кажется, он вертолет ходил вызывать.

– Что здесь, черт возьми, происходит? Я вертолет вызвал, Константин Алексеевич, пострадавшая где? Эта ягодница-затейница?

Аленка тут же вспомнила о своей ягоде и сфокусировала взгляд на опрокинутом ведре и рассыпавшейся по земле ягоде.

Стало так обидно и руку ещё больно и что от всего этого из глаз полились слезы, размывая окружающую действительность.

– Костя бери ее и грузи в вертолет, в больнице уже ждут.

Сильные руки на удивление бережно подняли и понесли мягко покачивая. Аленка доверчиво прижалась и тихо засопела.

Глава 4

– Что прям засветила Власову в табло? – удивляется Марьяна Николаевна,  врач-хирург и жена начальника части в которой произошло ЧП с девушкой, собирающей ягоды.

– Ты же сама ему нос осматривала, – прокомментировал полковник Воронин.

– Нет, я теперь руки, которыми ее осматривала неделю мыть не буду, пойти что ли ещё раз на нее взглянуть?

– Тебе нельзя руки не мыть, у тебя операции, все стерильно должно быть, – приобнимая жену и целуя ее в макушку, произнес полковник.

– Да девочка осуществила мою давнюю мечту – втащить этому утырку, – с воодушевлением отозвалась Марьяна.

– Не поверишь, это давняя мечта многих из нас, только неосуществимая, – вставил свои пять копеек майор Павлов, заместитель Воронина.

– Костик – поросячий хвостик, завидуй девушке молча, – ехидно подковырнула его Марьяна.

Майор насупился, но промолчал, предпочитал не вступать в перепалки с женой командира.

– Марьяна, не донимай Константина Алексеевича, – одернул жену Воронин, – нам ещё по инциденту отписываться и с генералом объясняться, почему пострадал его ненаглядный сынок.