Камертон

– Ты самое чудесное, самое волшебное существо, которое я когда-либо встречал в своей жизни, – признал он. – Сильфида! Подумать только. Ты все время ускользаешь. Воздух как он есть. Я пропал, можешь так и считать, можешь причислить к стаду. Но, Эля, но, Эля…

Дар речи окончательно изменил ему, и Ян умолк. Эля тоже молчала и сверлила его жгучим взглядом.

– Нет? – сказала она, и голос ее дрогнул.

– Не так.

– «Умри, но не давай поцелуя без любви»? – продекламировала она насмешливо.

Ян придвинул кусок сыра и потянулся за колбасой.

– Не знаю, как ты, я сутки дрых и ничего, между прочим, не ел, – напомнил он.

– Очень удобно держать под рукой кромешницу, которая тебе должна.

Она стукнула стулом и села.

– Да, я рассудочный мальчик, мне говорили. Давай перекусим.

Глава 4

Фотина приготовила на ужин суп с фрикадельками и пирог, но Джуд задерживался на службе, и все остыло. Что ж, не впервой.

В дверь позвонили. Фотина нажала на кнопку видеосистемы и увидела – Грейс! Всплеснув руками, она поспешила ей отворить.

– Здравствуйте, Грейс! – воскликнула она, волнуясь. – Проходите, пожалуйста. Джуда пока нет, но он должен скоро прийти. У меня готов ужин.

Кромешница склонила голову, напряженно улыбнулась и переступила через порог. Она была одета точно так же, как накануне, – повеяло Каннами или Ниццей.

– Будете ужинать? – спросила Фотина. – Или подождем Джуда?

– Я не голодна, – отвечала Грейс.

Она прошла в комнату и растерянно огляделась. Фотине сразу стало стыдно за беспорядок.

– Садитесь, пожалуйста. – Она сдвинула вышитые подушки, раскиданные по дивану. Грейс царственно села, прямая как палка.

– Вы меня простите, – сказала она. – Джуд вчера даже не назвал вашего имени.

– Меня зовут Фотина.

– Очень приятно.

– Взаимно. Вы знаете, Джуд…

Фотина заколебалась: ей хотелось объяснить свекрови, что Джуд уже раскаивается в том, как ее принял, но вместе с тем казалось, что по отношению к нему это будет предательством. Он старался не выдавать своих эмоций даже самым близким людям, и хотя мать, разумеется, близкая родня, ее не было в его жизни более двадцати лет.

– Я знаю, – прервала ее Грейс. – Может быть, я специально пришла, когда его нет дома. Мне показалось, что мы с вами как женщины способны обсудить…

Фотина кивнула и села на другой край дивана, но внутри у нее все сжалось: говорить за спиной у мужа и хранить что-то от него в секрете было ей не по душе.

Грейс молчала, рассматривая невестку.