Вечный колокол

Огонь начинал припекать с обеих сторон, клуб дыма влетел под крышу крыльца, и двое студентов за его спиной закашлялись. Млад привык к дыму, и слезы, выступившие на глазах, лишь придали его взгляду силы: дрожащая, прозрачная пелена смешала всех вместе – и студентов, и наставников. Он словно смотрел на всех одновременно и чувствовал всех одновременно, единым целым, и это было совсем не то единое целое, что двигалось к терему выпускников. Только одна тень отделилась от остальных и ушла в сторону: мимо охваченных огнем стен, мимо домов наставничьей слободы, по глубокому снегу – в лес.

А от коллежских теремов к ним бежали студенты, тысяча студентов: с лопатами и ведрами.

Пока не потушили занимавшийся пожар, Млад стоял на крыльце, хотя в этом не было необходимости. Он и сам не знал, боится ли чего, не слишком ли осторожничает, и не хотел признаваться самому себе, что не может выйти из того состояния, в котором оказался, – а это губительно для шамана. Шаман должен уметь войти и выйти из любого состояния сам, по своей воле.

Запах гари еще стелился по земле, когда Млад сел на ступеньки крыльца и прислонился головой к перилам, ощутив, что связанные руки затекли и не чувствуют мороза. Люди потихоньку начали расходиться, татарчата так и не осмелились отпереть дверь. После битвы с огнем наступало умиротворение – голоса стали тише, спокойней.

– Младик? – услышал он голос Даны и тут же почувствовал ее прикосновение к волосам.

Глаза открывать не хотелось – даже на то, чтобы поднять веки, не осталось сил.

– Руки отморозил, – проворчала она, нагибаясь еще ниже и хватая узел зубами, – и без шапки…

– Я… я сам…

– Что «ты сам»? – засмеялась она. – Руки себе развяжешь? Сиди! Чудушко…

Узел ослаб, и скоро Млад уже тер затекшие запястья негнувшимися пальцами.

– Ты идти-то можешь? – спросила Дана, накрывая теплыми руками его уши.

– Могу, – Млад схватился рукой за перила, но замерзшие, распухшие пальцы соскользнули, и от напряжения внутри все затряслось и разъехалось.

– Давай-ка я тебе помогу, герой… – Дана закинула его руку себе на плечо, – а то ты совсем замерзнешь.

Млад не чувствовал холода, – наверное, и вправду начал замерзать.