Торнсайдские хроники

Такие страшилки рассказывают вечерком у костра подростки, чтобы товарищам похуже спалось. Черт, и надо же им было посадить меня именно в эту камеру! – вскричал он в сердцах.

– А что, в какой-нибудь другой вам понравилось бы больше? – осведомилась я. – Там что, предусмотрена ванна или компактный винный погреб?

– Там предусмотрен подземный ход, – огрызнулся он.

– Где? – тут же заинтересовалась я.

– Вон в той камере, как раз напротив нашей.

Рейвен в ярости пнул ногой решетку.

– Так в чем же дело? – радостно воскликнула я.

– В том, что мы здесь заперты, если ты не успела заметить, – разозлился пуще прежнего граф. – А приливы нечеловеческой силы бывают у меня только в полнолуние, в комплекте с крыльями.

– Тоже мне проблема! – фыркнула я, извлекая из волос шпильку. – Подержите.

Я перебросила ему сумку, разогнула шпильку и принялась ковыряться ею в замке, как учил меня один высококвалифицированный взломщик. Много времени на это не ушло. Вскоре замок поддался, и я тихонько приоткрыла дверь камеры.

– А я недооценил тебя, девочка, – изумленно проговорил Рейвен. – Вперед!

Дверь во вторую камеру отчего-то тоже оказалась заперта, хоть помещение и пустовало. Тут пришлось немного повозиться, но вскоре и этот замок постигла та же участь, что и первый. Прихватив с собой факел, мы вошли внутрь и аккуратно прикрыли за собой решетчатую дверь. Рейвен прошел к противоположной стене уверенной походкой хозяина, точно знающего, что и где находится в его доме. Граф надавил на один из камней, и часть стены бесшумно отъехала в сторону.

– Как закрывается дверь? – спросила я, делая первый осторожный шаг.

Коридор оказался узким, но его ширины было достаточно, чтобы без труда двигаться друг за другом.

– Нет необходимости ее закрывать, – откликнулся граф. – Через полминуты стена задвинется сама.

Некоторое время мы двигались молча. Несколько раз я замечала ответвления от нашего коридора; кроме того, свет факела то и дело выхватывал из темноты массивные двери, неизменно располагавшиеся по правую руку от нас. Мы же продолжали двигаться исключительно прямо.

Прошло несколько минут. Мы по-прежнему никуда не сворачивали, а коридор по-прежнему не кончался.

– Долго еще идти? – спросила я.

– Примерно столько же, – не оборачиваясь, ответил граф.