Вредное сокровище Чёрного некроманта

Вредное сокровище Чёрного некроманта

Валентина Гордова

Глава 1

–Я же вам говорил, лорд ректор, – подленько улыбался профессор Коромир, обнажив по-кроличьи крупные передние зубы, – что эти двое у нас под носом непотребствами занимаются.

Я уж думала: всё, писец. В смысле, писец в академию придёт и зафиксирует смерти меня и моего лучшего друга Уилла, с которым мы так некстати были застуканы в моей спальне. И мы лишь просто разговаривали, но Устав академии чётко гласит: юношам в комнаты девушек вход строго настрого запрещён!

Так что у вломившихся к нам профессора Коромира и лорда ректора Элема Аньес были все основания как минимум для выговора, как максимум для отчисления, и это прекрасно понимали мы все.

Но Уилльям решил усугубить ситуацию!

–Мы, – начал мой бесстрашный друг ехидно, чуть растягивая слова и не забывая нахально улыбаться, – хотя бы вдвоём, профессор, да и Авейро, – кивок на меня, – девушка, а вот ваши...

Я и понять смысл слов ещё не успела, а стремительно багровеющий от ярости профессор как взревел:

–Молчать!

От его крика задребезжали стёкла в окнах! И даже хранящий суровое молчание ректор Аньес вдруг повернул голову и как-то странно взглянул на своего работника.

Я же со всей неприятной ясностью поняла, что вся академия не зря молилась и чудо-таки имеет все шансы случиться: сейчас Уилльяма Казэрта, головную боль всей Магической Академии имени Генриха Лучезарного, просто-напросто убьют.

Лишь подтверждая это, профессор сделал два молниеносных шага, навис над моим другом костлявой, но очень суровой скалой и как давай шипеть:

–Ты вылетишь из Академии за свои выходки, Казэрта! Ты и твоя девка! – О, это про меня, если кто не понял.

–Что, только одна? – Участливо вопросил Уилл.

И попытался незаметно задвинуть меня себе за спину.

–Ты и все твои девки! – Взбесился профессор окончательно, засверкав тёмно-зелёными, истинно некромантскими глазами.

В этот момент я сама другу за спину юркнула и порадовалась такой надёжной защите.

–Этак вам половину академии отчислить придётся, – рассудил мой говорливый друг, – и треть преподавательского состава...