Дневник Аси Лазаревой. В поисках простой любви. Часть первая

– Девочки, вы там поосторожнее в этом кабинете, – бросил он, не сбавляя скорости и не глядя на нас (вел себя, как в шпионском кино), – там ничего нельзя рассказывать, это очень нехороший человек.

Он исчез из коридора, как Чеширский кот, в воздухе повисла лишь Славикова широкая улыбка и неловкая пауза. Мы с Эллочкой шли от Зины Борисовны, совершенно очарованные этой женщиной, ее умом, тактом, стилем, и с робкой надеждой на благополучный исход, а тут вдруг Славик со своими странными предупреждениями…

– Вот козел, – бросила я в сердцах PR-директору, – там лебезит перед ней, целует во все места, а сам-то.

– Точно, – подтвердила Эллочка, и даже развила мою мысль, – видела, он даже не остановился, не хочет, чтоб она видела в своем телевизоре, что он с нами разговаривает.

– Как все тут странно… – и в голове невольно снова всплыла Алиса: «Все страньше и страньше».

– Поверь мне, – продолжила Эллочка, – Славик здесь имеет больше всех, – Эллочка намекала на доходы, не являющиеся зарплатой, но весьма плотно связанные с трудовой деятельностью.

Слух о прибытии босса вызвал чудесный эффект: люди стали исчезать, как кролики в шляпе фокусника. Народ прошмыгнул по своим углам, за перегородки open space’а – и коридор опустел. Больше никто не бежит с бумажками. Больше никто не слоняется с трубкой у уха. Больше никто не нависает над столом симпатичной коллеги. Еще недавно мне было бы смешно. Я была вне всего этого. А теперь… Надо быть стойкой и не поддаваться, а то скоро стану, как они, и буду заскакивать в первый попавшийся кабинет в страхе и трепете, лишь бы с не столкнуться с Ним.

– Кошмар какой, – шепчу я Эллочке, – я не хочу, как все, я не хочу бояться, – и та кивает: «Как крысы»…

Мне стало жалко людей, которые в борьбе за рабочее место, достигли уровня крыс, очень хорошо адаптирующихся, но не сильно приятных животных. Можно ли тут выжить и не превратиться в крысу? Может, есть варианты в плане выбора животного? Кто еще хорошо адаптируется?

Мы с Эллочкой гордо задрали головы, распрямили спины и с максимально непобежденным и независимым видом, призванным продемонстрировать всем, что «мы не такие», преодолели зловещий open space.