Любовь до крови

Завтра в моем доме собирается несколько гостей. Не хотите присоединиться?

– Боюсь, завтра я очень занята, – пропела нежно, как утренняя пташка, хотя внутри все сжалось от омерзения. – Сегодня у меня тоже очень мало времени, поэтому прошу меня простить…

Я сделала полшага назад, будто намереваясь закончить танец, как ощутила на талии железные пальцы канцлера. Разумеется, он меня остановил! Покинь я его до того, как закончится музыка, придворные бы шушукались и посмеивались над мужчиной, не способным увлечь даму нежной беседой.

– Я не займу вас надолго, – скрывая раздражение после неудачной попытки затащить меня в постель, процедил он. – Хотите знать о Филирэйте? Я расскажу вам.

Я снова положила ладонь на его плечо и позволила вести меня.

– Слушаю.

– Как вы знаете, некоторое время я жил в Аделхайде. В Дидерисе имя семьи Филирэйт на слуху, потому что отец и мать Дэмьена лучшие демонологи страны. Сын пошел в родителей – такая же высокомерная сволочь. Говорят, его магический потенциал превысил шкалу, введенную в стране.

Я нахмурилась, вспоминая нашу первую встречу. Не был он похож на баловня. Судя по пыли на одежде, Дэмьен провел весь путь до вампирской столицы в седле. И то, как он вел себя с королевой, показывало, что новый посол Темных неглуп и хитер.

– Что же? – я посмотрела в темные глаза канцлера. – Неужели сын знаменитых родителей ничем не отличается от столичных повес и прожигателей жизни? Он кутила, бабник, картежник?

– Хм, – задумался Хелмайн.

– Совсем-совсем обычный? – усомнилась я, бросая взгляд на стайку позолоченных юнцов, собравшихся у столика с кровавым пуншем.

Посол задумался, кружа меня в танце, а потом нехотя признался:

– Есть кое-что, но мне кажется, это прихоть, вызванная избытком свободного времени и денег. Несколько раз я получал приглашения на выставки работ Дэмьена…

– Он рисует?! – донельзя удивилась я.

– Ни разу не бывал, – презрительно усмехнулся канцлер. – Вам не кажется, леди Бланш, что пачкать холсты слишком низменное и пафосное занятие для Темного мага?

– Полагаете, тех, кому не нравятся его работы, он превращает в горгулий? – безмятежно сказала я.

Посол расхохотался:

– Поистине, леди Бланш, я начинаю понимать, за что вас так ценит наша повелительница.

Я промолчала, оставив мысли при себе.