Запах яблок

– Молодчина, Тонь. Ваша вонючая привычка достала и меня и Лену!

– Правильно, еще двадцать дней и скажешь никотину прощай, – произносит Дима таким тоном, что я сразу понимаю, в мою затею побороть никотиновое рабство он явно не верит.

– Почему двадцать? – не понимает его Наташка.

– Сразу видно, кто из нас не ходил на лекции. Привычка вырабатывается двадцать один день!

– А-а-а, ну да!

– Ладно, товарищи, мне пора, – стряхиваю прилипшую траву от юбки и закидываю сумку на плечо.

– Опять пошла на сиськи глазеть? Мне бы твои заботы! – ерничает Димка, зная, что у меня смена в «Virgins» – лучшем стриптиз баре города.

Чаевые позволяют мне снимать квартиру, поэтому я вынуждена работать три ночи в неделю. Стипендию я получаю, но ее величина по меркам второй столицы достаточно скромная.

– Устраивайся, нам как раз требуются сексапильные красотки!

Прощаюсь с друзьями и спешу домой. Пообещала себе приготовить ужин из нормальных продуктов, а не Доширака, а то мой кишечник давно обещает уйти в отставку.

Да и Макс последнее время все открытие выражает свое недовольство, надо уже накормить мужчину как следует.

Глава 3. Тайная комната

Парень куксится, с сомнением взирая на котлеты. Потом берет вилку и расковыривает серединку самой симпатичной из них.

– Там свинина, говядина, хлеб и яйцо – я загибаю пальцы, подсчитывая ингредиенты.

– А лук?

– И лук. Большая круглая луковица, потертая на мелкой терке.

Макс разжевывает котлету, а я жду вердикта, словно участник реалити шоу о поварах.

– Съедобно!

– Отлично!

– Умеешь удивлять.

– А то!

– Возьми меня с собой, я только посмотреть! – умоляюще произносит наглец.

– Обойдешься! – чмокаю красавчика и убегаю на смену.

К ночи клуб постепенно заполняется людьми. Танцовщицы, с гордостью скинув верх, готовятся к дефиле под свежие летние хиты. Я повязываю майку чуть выше пояса, ожидая бутылку Hennessy Paradis у барной стойки.

– Там иностранцы! Предложи им закуски, сегодня утром привезли птицу и устриц, – тараторит управляющий.

Еще бы, випку с запретной рулеткой сдают за огромные деньги, гости в ней бывают не часто. – Ты единственная из официантов, кто хоть как-то изъясняется на английском. Ну, все, иди.

– Четыре коньячки, – напоминаю я.

С осторожностью ювелира, размещаю дорогущую бутылку темно-медового цвета и, придерживая поднос, иду в випку на втором этаже. Пытаюсь не задеть танцовщиц, у которых спустя час после открытия, пояса утыканы красными банкнотами.