Запах яблок

Я сняла трусики с его пальца и в этот момент в голове промелькнула мысль, а вдруг он видел, как я ублажала себя в его ванной?!!!

Я взяла свою сумочку, еще влажное платье и поковыляла к выходу. Не оборачиваясь, спросила:

– А вы давно здесь?

– Достаточно давно… – он медленно проговорил каждую букву, пока я жмурилась от прожигающего меня стыда. Как же мне хотелось умереть! – Тебя ведь зовут Тоня? – откуда он знает?!

Я чувствовала, что побагровела как вареный рак. Слегка повернула голову, ожидая самого худшего.

– Твое белье в сумке. Халат можешь оставить себе.

– Черт… – прошипела я себе под нос и рванула к двери, долбанувшись об нее лбом. Я быстро перечитала звездочки и вылетела как торпеда!

– Осторожней на лестнице, – услышала я напоследок.

Так быстро по ступеням я бегала лишь однажды, в далеком детстве…

Оказавшись внизу, я с облегчением решила, что все позади, но не тут-то было. В холле появилась Кира, одетая в миниатюрные шортики и белый топ.

В руках она держала молочный шейк, по виду клубничный.

– Привет соня, завтрак готов, ты как раз вовремя.

– Нет, спасибо огромное! За вечеринку, за то, что предложила погостить, но мне пора, правда, – затараторила я.

– Да брось, сегодня воскресенье!

– Не могу. Меня брат дома ждет, младший…

– Сколько ему?

– Э… Шестнадцать.

– Ой, папочка!!!

От визга новой подруги у меня едва не лопнули перепонки. Кира взлетела по ступеням как маленькое колибри.

– Когда ты вернулся? Почему не сказал?

– Ночью, не хотел мешать твоей вечеринке.

– Папулечка! Тоня, мой папа Станислав Юрьевич Оболенский, пап, моя подруга Тоня. Ну пошли-пошли!

Папа значит… значит кольцо было для его любовницы…

Кира затолкала меня в столовую, посреди которой находился огромный обеденный стол на восемь персон. На нем поблескивали позолоченные приборы, натертые до блеска фужеры и белые фарфоровые тарелки с нарисованными на них серыми кроликами в голубых ленточках.

Сейчас я обернусь и наверняка увижу лакея в ливрее, разносящего напитки. Я стояла посреди этого поместья Кроули, прижимала к себе свое влажное платье и сумочку с бельем, а все мое существо вопило – так не бывает! Разве обычные, реальные люди так живут?!

– Садись сюда, Тонь, – Кира указала на место в центре.

– Я в халате… – вдруг осознала я всю нелепость своего вида.

– Да брось ты, – брякнула Кира и усадила меня мягкий стул.