Тайные чувства главы корпорации

Трансформеры разворачиваются, их механические руки превращаются в оружие. Ахаю, когда раздается первый выстрел, направленный в здание, откуда только что вытащили парня.

Я вырываюсь, бросаясь к отцу, тот замечает меня и громко кричит, чтобы я уходила. Гремят выстрелы, буквально разворачивая дома, из которых летят стекла. Я падаю на дорожное покрытие и с ужасом понимаю, что Дора уже мертва. Вокруг нее расплывается лужа крови.

Поднимаю голову, едва не оглохнув от последующего залпа. И вижу, что папа тоже не шевелится.

Пытаясь побороть ужас, охвативший разум, ползу в магазин, стараясь слиться с асфальтом.

Люди, которые находились в этот момент на дороге, уже мертвы, а над ними, скрестив руки на груди, возвышается неприкосновенный.

Приподнимаюсь, выглядываю наружу. В этот момент меня сбивает с ног какой-то парень, заваливая за стойку продавца.

– Ложись!

Он накрывает меня своим телом, а над нами пролетает огненный шар, врезаясь в соседнюю стену и взрываясь. От грохота больно в ушах, и я едва соображаю, что происходит.

Половина комнаты в один миг превращается в развалины.

– Бежим отсюда, – командует он, – иначе они нас убьют. Дальше есть лестница наверх.

– Я не смогу, – шепчу испуганно, вставая на ноги.

Парень ругается вслух, потом подхватывает меня на руки и выбегает в соседнее помещение. Смотрю на своего спасителя широко распахнутыми глазами. Я неоднократно видела его и раньше, он уже несколько месяцев живет в нашем квартале. И, кажется, именно этого человека тащили перед тем в машину.

Уж не знаю, как ему удалось сбежать от охраны неприкосновенного.

Мы выбираемся по металлической лестнице на крышу здания, что уже трещит по швам, прячемся за вентиляцией. Сверху отлично видны последствия разрушений, которые уже нанесли и продолжают наносить чистильщики. Именно так называют в народе смертоносных трансформеров. Пахнет дымом, а рядом начинается пожар.

– Мама… – хрипло выдыхаю я.

Наш дом тоже сильно пострадал. Даже не представляю, как можно остаться в живых после такого обстрела.

На улице лежат люди, но мне нет дела до остальных, кроме родителей. Я вырываюсь, собираясь крикнуть, чтобы меня отпустили к маме. Но мой спаситель закрывает мне рот шершавой рукой.

– Не ори, малявка. Тебе туда нельзя. Убьют, как и остальных. Поняла?

Внимательно смотрит на меня зелеными глазами, в которых вспыхивают огненные искорки. Повторяет вопрос. Я наконец-то прихожу в себя и киваю. Только тогда он убирает ладонь.

– То-то же.