Поверить шпиону. Тени и осколки

Кажется, она знала моего папеньку, но не желала рассказывать о нем, как и мама.

– Вернусь обязательно. Избавиться от меня решили?..

В этот момент мы услышали, что подъехал наемный экипаж. Леона ловко, словно молодая девица, подхватила чемоданы и вышла. А я так и осталась на диване.

Подумаешь, одной проблемой больше, одной меньше. Хотя почему я восприняла бегство Леоны, как проблему? Напротив, у меня теперь наступила долгожданная свобода: никто не станет ворчать, если я задержусь допоздна, не расскажет моей маменьке, что я надевала и с кем вернулась домой.

Я потянулась и сбросила туфли с ног. Потом попрыгала на диване. Что бы сделать такого, что давно собиралась?

Как назло, все мысли испарились из головы.

Я вбежала в огромную гардеробную маменьки и уставилась на длинные ряды красивых платьев, многие из которых давно желала примерить. Потом сняла с вешалки одно – из темно-зеленой парчи. К нему шли в комплект перчатки и шляпка. Я приложила к себе заветную одежду и закружила по комнате.

Вооружившись свечой, я направилась вверх по лестнице. И вдруг остановилась.

Дверь в мансарду, где я никогда и не бывала, оказалась открыта. Леона забыла запереть ее. Маменька всегда утверждала, что кроме старого хлама там ничего нет. Со временем я перестала спрашивать, уверив себя в этом. Но сейчас меня тянуло туда, словно магнитом.

Войдя внутрь темного помещения, я чихнула от пыли. Пламя свечи дрогнуло, но тут же восстановилось, озарив комнату. Что же за старый хлам может здесь лежать, если маменька не выбрасывает его?

Взгляд устремился к многочисленным полкам, на которых громоздились кипы старых, пожелтевших от времени газет. Я взяла верхнюю и увидела знакомое название: «Вестник Аррании». Рядом старинные громоздкие часы, время на которых застыло. Дальше лежали странные вещи, предназначения которых я не знала: черный продолговатый предмет из неизвестного мне материала, необычайно легкого на ощупь.

Я случайно нажала на углубление и от удивления едва не выронила штуку: из нее ударил луч света. Не такой, как от свечи, желтоватый и мерцающий, а прямой, почти что белый.

Покрутив светящее приспособление в руках, я вдруг поняла, что это гораздо удобнее, чем стоять со свечой, воск с которой неизменно капал мне на тыльную сторону ладони.