Сокровище троллей

Черный ящерок заскользил следом, на ходу тоже высунув в сторону грубияна длинный, узкий, по-змеиному раздвоенный язык.

– Мало тебя отец порет! – бросил парень вслед мальчишке.

Тот задержался на крыльце – и в плечо чужаку ударил не зря слепленный тугой снежок.

Парень дернулся было вслед, но вовремя сообразил, что будет выглядеть смешно в погоне за пятилетним карапузом.

– Ну, зачем же так? – мирно сказал работник. – Дети все-таки…

Парень смерил его презрительным взглядом.

– Кринаш купил раба? А я и не знал.

– Если это про меня, – все так же беззлобно откликнулся работник, – то я тут постоялец.

Вид у парня стал заметно почтительнее. На постоялом дворе гость – король.

– Хиторш Падающий Камень, – назвался он на всякий случай. – Из Семейства Аджунер. Топоровские мы. А ежели господин – постоялец, так чего с хворостом возится?

– Дождик, – представился в ответ собеседник. – Работаю за постой: с деньгами туго.

– А, Отребье… – сплюнул Хиторш, разом забыв учтивое слово «господин». Новый знакомый оказался ничтожеством, чуть выше раба.

– Привет, Хиторш! – поздоровался с парнем вышедший из конюшни хозяин. – Каким ветром ко мне?

– Наши старики потолковали и послали меня сюда поработать, раз гостей много, – с поклоном ответил парень.

– А, ну-ну. Тогда бери ведро и натаскай воды вон в ту бочку.

Тут из-за угла дома вышла Айки – оживленная, веселая, в руках корзинка: в погреб бегала за припасами.

Увидела Хиторша. Глаза девчушки округлились, улыбка исчезла. Она проворно взбежала на крыльцо и юркнула в дом, как мышонок в спасительную норку.

* * *

Гости уже сидели за столом, когда появился обещанный Дагертой бродячий певец. Еще в сенях он был тихо обруган хозяйкой за то, что шляется по лесу, троллей тешит, вместо того чтоб петь гостям. Для чего его тут зимовать оставили? За что кормят-поят? А ну, живо за лютню… нет, поесть-то можно, а потом сразу петь, да чтоб не вытье тоскливое, а что повеселее!

Усаживаясь за длинный стол (за которым сидели и господа, и слуги – только на разных концах), певец сообщил:

– А я троллей видел.

Никого он этими словами не удивил. Тролли считались такой же принадлежностью здешней зимы, как и сугробы.

Только юный Сын Рода, недавно приехавший сюда поохотиться, негромко протянул:

– Страх-то какой…

Певец Арби не ответил: уже наворачивал кашу с курятиной. Ему недосуг было вести разговоры: поесть бы скорее да и впрямь спеть что-нибудь гостям.