Сокровище троллей

Как все было, так и осталось… Вот ты ведьмой меня назвал – а знаешь, что с тем бывает, кто ведьму убьет?

– Не знаю, – озадаченно отозвался Горластый. – А… что?

– А попробуй, раз тебе интересно, – безмятежно предложила старуха.

– Хватит! – вмешался Бурьян. – А ну, жаба болтливая, дай сюда руку!

И деловито привязал к левой руке нищенки конец конопляной веревки.

– Это еще зачем? – возмутилась та. – Разве ж я смогу убежать от такого молодого да сильного? Тяжела я на ногу, да и годы мои не те…

– Ой, берегись, Бурьян! – остерег приятеля из-под ели Горластый.

 – Если она говорит «годы мои не те» – стало быть, пакость учинить задумала!

– Может, и задумала, – хмуро согласился Бурьян. – Слышь, ты, холера в платье, демонская бабушка, – клянись, что поведешь меня правильной дорогой, какой сама ходила. Клянись своим погребальным костром!

– Привязали веревкой, словно козу, да еще и клятву требуют… – хнычущим голосом начала было нищенка.

– Клянись! – свирепо перебил ее Бурьян.

Бабка Гульда подняла голову и отчеканила неожиданно твердо:

– Клянусь, что поведу тебя той же самой дорогой, какой недавно ходила, – и прямо туда, куда тебе, Бурьян, вздумало тащиться. И пусть мне после смерти костер не сложат, ежели хоть самую малость собьюсь с этого пути!

* * *

– Румра, как ты стала шайвигаром?

Закутанная в меховой плащ женщина отвела от своего лица отягощенную снегом ветку и придержала чалого конька, чтобы он шел вровень с лошадью Литисая.

Двое наемников, ехавших позади, насторожили уши. Всегда полезно узнать побольше о начальстве.

– Ну… я наемницей была. С шестнадцати лет. Довелось побывать на последней грайанской войне. На Черных Пустошах дрались, за Лунными горами. Натерпелись страху: грайанцы само собой, но там еще и нежить всякая бродила. В одной заварушке ранили сотника. Мы отступали, я его вытащила. После этой драки нам обоим пришлось расстаться с армией: до того неаккуратно меня грайанский вояка по руке рубанул, повредил сухожилия… – Женщина подняла к глазам правую руку в меховой варежке.

Пальцы навсегда согнулись, словно Румра держала невидимое яблоко. – Что за наемник, если пальцы даже ложку не возьмут? Сотнику удалось пристроиться шайвигаром в крепость Шадстур, так он меня не забыл, взял к себе в помощники. Там и крутилась, а осенью мой бывший командир шепнул словечко кому надо: мол, толковая баба, сумеет быть шайвигаром.