Между мной и тобой

Зимин вешал парку на крючок, оставшись в рубашке, поправил темные джинсы и направился к столу. Изучил его содержимое, окинул мимолетным взглядом нас на диване и расположился рядом с Инной.

Я почувствовала в этот момент легкое разочарование. В горле образовался неприятный ком.

Почему он сел не со мной?

Мы столкнулись с Пашей взглядами, я упрямо поджала губы, нервно сминая подол платья. Тут подошел Кирилл, дотронулся до моего плеча и спросил разрешения.

– Не против, если я тут сяду?

***

– С Новым годом! – орали во все горло, чокаясь бокалами.

Пару градусов мне не повредили. Я расслабилась, перестала загоняться над тем, что говорить за столом. Я вообще не социальный человек. Мне трудно подбирать слова в компании.

В основном за столом общались Кирилл с Инкой. Иногда я влезала, рассказывала что-то из личного опыта, какие-то истории с работы. Пока говорила, ощущала тяжелый, прямой взгляд на себе. Но мне было плевать. Пусть смотрит, если хочет. Наверное, ему нравится на меня смотреть.

Нравится же?

– А ты что думаешь? – отпив вино из бока, спросила у Зимина.

Он полулежал на диване, сложив руки на животе.

– Думаю, тебе следовало сразу об этом сообщить. Ошибок не прощают.

– Ты тоже? – прищурилась.

Паша ухмыльнулся.

– Завязывайте, – закатила сестра глаза к потолку и предложила. – Давайте потанцуем. По телеку как раз играет моя любимая песня. Кирилл …?

Жирный намек повис в воздухе. Я заметила, как парни обменялись взглядами, прежде чем Орлов поднялся с дивана и подал руку Инке.

Та вовсю захмелела и, довольно разулыбавшись, выскочила из-за стола, чуть не упав на Зимина. Мне оставалось только зажать рот, чтобы не засмеяться.

Боже, я тоже пьяна! Пора останавливаться. Но бутылку нужно распить. Не оставлять же?!

Как-то не заметила, когда надо мной нависла большая тень. Подняла голову наверх и увидела Пашу. Он провел ладонью по коротким волосам, обернулся на танцующую парочку около камина и как-то неуверенно начал.

– Может, потанцуем? – пронзительный взгляд в глаза и легкая улыбка на мужских губах.

Трезвая я бы отказалась, но я не трезвая. Вложила в его теплую ладонь свою и поднялась спотыкаясь. Что-то не везет нам на танцы!

– Аккуратнее, – придержал меня и, крепко обняв за руку, отвел чуть в сторону, где стояла елка.

Здесь царил полумрак, весь свет падал на место нашего отдыха.

Зимин повернул меня лицом к себе, положил ладони на поясницу и притянул к себе.