Портрет Оливии

– Этого я и опасалась: все-таки стокгольмский синдром настиг тебя, Ливви, – констатирует Молли, потирая глаза. – Будь осторожна!

Я вздрагиваю от ее слов, складываю футболку и убираю в сумку.

– Я просто собираюсь отдать майку, – зачем-то оправдываюсь я.

– Ага, – соглашается Молли, но по ее тону понятно, что она мне не верит.

– Мне пора, – заявляю я и убегаю из комнаты.

– Рано же еще, – доносится мне вслед голос подруги.

Перед уроками очень хочется заглянуть в музыкальный зал. Едва пальцы прикасаются к клавишам пианино, неизвестная мелодия наполняет все пространство вокруг, успокаивая меня.

***

На уроке я не слушаю учителя, пытаюсь по памяти записать новую мелодию, которая родилась утром. После смерти родителей со мной такое часто случалось: вместо того чтобы плакать, я садилась за пианино и играла те ноты, которые приходили в голову и отражали мои чувства. Но за последний год ни одной новой композиции не появилось. Наверное, боль притупилась.

Сегодня же мне удалось вылить свою обиду и отчаяние в музыку. Мелодия получилась тревожной и динамичной, почти как те, которые я писала после гибели родителей.

***

Мэтт

После уроков приходится плестись на факультатив по рисованию. Хорошо хоть учительница, мисс Эйприл, оказалась молоденькой и симпатичной, а не какой-нибудь злющей грымзой. И все равно мне не хочется ее слушать. Я беру карандаш и машинально начинаю рисовать от скуки.

Несколько лет я не держал карандаш в руках, но, кажется, мои пальцы помнят, что делать. Мышечная память. Я просто наношу штрихи на бумагу, и с каждой новой линией все отчетливее вижу, как на листе появляется портрет мисс Эйприл.

Закончив свою короткую лекцию, учитель подходит ко мне.

– Мэттью, мне кажется, ты совершенно не слушаешь меня, – укоризненно говорит она. – Если тебе что-то непонятно, давай…– заметив мой рисунок, мисс Эйприл замолкает и начинает внимательно рассматривать его.

Я довольно улыбаюсь: ей явно льстит мое внимание, хотя она пытается этого не показывать.

– Мэттью, где ты учился? – спрашивает учитель, все еще разглядывая портрет.

– Ой, это было сто лет назад, – отмахиваюсь я.

– У тебя хорошо получается, хотя технику, конечно, нужно подтянуть, – задумчиво произносит она. – Останься после занятия на пару минут.

– Вы ко мне пристаете, мисс Эйприл? – спрашиваю я, приподняв одну бровь.