Плен одиночества

К принцессе мрачного подземелья. К его Ринате.

К его. Ринате.

Однако правда заключается в том, что все это – чистой воды самообман.

Рината никогда не принадлежала ему – и никогда не будет.

– Иди в мою комнату, – тихо сказал Игорь.

– Нет, – в тон ему ответила Рина. Положила ладони на его руки, лежащие на ее талии, и убрала их.

– Хочешь поспорить?

– Нет. Я себя отвратительно чувствую, поэтому, пожалуйста, оставь меня в покое хотя бы сегодня.

– Я заказал ужин. – Игорь покорно отступил на шаг.

– Я поужинала со своей семьей, – без эмоций ответила Рина и, мазнув по нему безразличным взглядом, начала подниматься по лестнице – квартира была двухуровневая.

Он мог бы настоять или остановить ее, или… да он мог бы сделать с ней все, что захочет. Только сути это не изменит. Она уже поужинала… с ними.

В зоне доступа всегда находились Бердников и Богославская – люди, которых она прежде неистово ненавидела, и был он – тот, кто вечно болтался рядом, чтобы утирать ее сопли.

Игорь надеялся, что наступит день и она откроется ему, переступив через выстроенные ею же преграды. Но как только отношения с родителями начали налаживаться, она, счастливая и одухотворенная, полетела к ним. К маме. К отцу.

А его оставила в прошлом. Вычеркнула, как не стоящую внимания главу в книге своей жизни. Теперь, помимо прочего, у Ринаты есть брат и дочь. Полноценная замечательная семья, чтоб ее. А он, как был никем для нее, так никем и остался.

Звено в цепи успеха звездной девочки – не более. Лишь ступень на пути к пьедесталу.

Когда Рината скрылась наверху, он направился в кухню. На столе была бутылка шампанского и грейпфрутовый сок. Игорь любил апельсиновый, но там, в прошлом, апельсины она терпеть не могла…

Две тарелки, приборы. Он правда думал, что она станет ужинать? Идиот!

С трудом подавив желание сорвать со стола скатерть, Игорь сложил тарелки и вилки в раковину. Достал из бара бутылку коньяка, открыл верхний шкафчик в поисках стакана.

Увидел кружку с ромашками и улыбнулся. Выбросить, да и дело с концом, кому нужен его мазохизм?

Однако отодвинул кружку в сторону. Взял пузатый бокал и захлопнул дверцу. Демоны пусть остаются в темнице.

Войдя в гостиную, Игорь поставил бутылку и бокал на столик, расположился на кожаном диване.

Закинув ноги на стол, осмотрел комнату и покачал головой. Все эти годы его окружали люди.