Осколки разбитого неба

Близость сбивала с мыслей, и он немного отстранился.

– Что еще? – подняв голову, на выдохе спросила Скворцова. – Ты ведь сам сказал, что уже получил от меня все, что тебе было нужно. Чего ты еще от меня хочешь, Андрей?

– Попросить у тебя прощения, – после секундной паузы, проговорил он. – Прости.

Аня, как и несколько дней назад, была бледной, Андрею даже показалось, что она осунулась. И взгляд усталый… Отвернулась, вздохнула. Покачала головой.

– Ты опять какие-то игры затеял? – тихо, с горечью спросила она.

 – И что теперь предметом спора стало? Будешь выяснять с кем, когда и где я спала? Или что? – голос ее был вроде бы ровный, по крайней мере, она старалась придать тону твердость, но от Андрея не ускользнули печальные нотки.

– Прекрати, – выражение его лица стало еще более серьезным. – Мне действительно жаль, что все так…

– Все правильно, Андрей. Все правильно. Это я просто забылась, замечталась, – с надрывом ответила она, перебив его. – Только, пожалуйста, не надо больше ничего. Я сказала тебе, что не потревожу тебя, можешь не беспокоиться.

Только прошу, не издевайся надо мной! Я человек, понимаешь? У меня чувства есть, у меня сердце есть, в конце-то концов. – Теперь уже дрожь в голосе скрыть было невозможно, да Аня и не пыталась сделать это. Разговор явно не клеился.

– Ничего правильного нет! – не выдержав, Андрей положил ладони на Анины плечи. – Почему ты так говоришь? Я не должен был так с тобой…

– Да потому! – снова перебила его Аня. – Оставь меня в покое! Оставьте меня все в покое! – воскликнула она, бросив на Нечаева отчаянный взгляд.

– Ань, – он чуть сильнее сжал ее плечи, – я все знаю.

Он не хотел ей этого говорить. Действительно не хотел. Но сейчас остро пришло понимание того, что, если он не будет откровенен, ничего дельного не выйдет. Паша, брат Ани, был прав – ей не стоило знать об их разговоре, но и скрывать от нее правду, прикрываясь внезапным раскаяньем, было неправильно. Его извинения, больше походящие на очередную игру, ее крики…

– Что ты можешь знать? – едко усмехнулась Скворцова.

– Я знаю, что случилось, когда тебе было двенадцать, – негромко, спокойно проговорил он и тут же почувствовал, как напряглась девушка в его руках.

– З-знаешь? – запнувшись, переспросила Аня. – Ч-что ты знаешь? Откуда?

– Твой брат… Паша, мне рассказал, – Андрей убрал руки с ее плеч. – Мы вчера разговаривали.

– Нет. – Она помотала головой и, сделав несколько мелких шагов, уперлась спиной в стену.