Крадуш. Чужие души

Но, увы, заниматься подобным мне было негде и некогда, а потому пришлось довольствовать тем, что было в наличии. Еще и по совершенно грабительским расценкам!

Поэтому я ограничился парой флаконов стандартного восстанавливающего зелья и одним маленьким пузырьком кроветворного – последний, взятый еще из дома, я израсходовал, вляпавшись в неприятную историю с работорговцами в порту. Посмотрев на снадобье, которое позволяло не спать около пяти дней подряд, я решил, что оно наверняка отвратительно сварено с несоблюдением пропорций, и пообещал себе позже найти пусть и более дорогой, зато качественный аналог.

Однако напоследок сгорбленный аптекарь удивил меня.

Он, запаковывая позвякивающие флакончики, поинтересовался, сам ли я нашел его лавку или кто-то порекомендовал это место. Новое лицо, точнее, капюшон явно заинтересовал человека. Я спокойно сослался на хозяйку «Женского дома».

– В таком случае, господин, если вдруг вам понадобятся не исцеляющие настои, а иные, запрещенные и смертельные средства, буду рад помочь.

 – Старичок лукаво подмигнул и отвесил почтительный поклон.

Запрещенные и смертельные? А какое отношение к этому имеет мадам Костанцо? При упоминании «Женского дома» я бы скорее подумал про какие-нибудь специальные зелья контрацепции или для прерывания нежелательной беременности… Но, судя по всему, аптекарь имел в виду яды. Я посмотрел на человека совсем другим взглядом. Что ж, хорошо, учтем.

Место я запомнил.

Следующей точкой на схеме мадам Костанцо был ювелирный.

Им заведовал немолодой гоблин, хотя гораздо привычнее за стойкой было бы видеть представителя подгорного племени. Вот гномы отлично разбирались в драгоценных камнях и могли по достоинству оценить две заколки, за которые я рассчитывал получить сумму для нормального существования на ближайший месяц.

Я даже замер в дверях, разочаровавшись в этой рекомендации хозяйки борделя, но зеленокожий торговец, заметив мое смятение, не выразил огорчения, хотя должен был подскочить и уверить в желании угодить любому капризу клиента.

Подумав о том, что координат других ювелирных у меня нет, и переступив с ноги на ногу, я решил начать с одной заколки.

Хрупкое украшение легло перед длинным гоблинским носом на специальную подушечку. Я подумал, что, даже если цена не устроит, придется соглашаться. Без других рекомендаций сам не разберусь, в каких лавках не зададут лишних вопросов об истории продаваемых мной вещей.

Осмотр украшения не затянулся.