Крадуш. Тёмные души

 – Думаю, ему… или ей – дар крадуша не делает различий между мужчинами и женщинами, не понравилось, что я поохотился на чужой территории. Еще и так нагло. Вот крадуш убийством Вальтера и высказал недовольство.

– То есть он понимал, что суд над Ферко важен для тебя? – Карел, располагая минимумом информации, сделал точные выводы гораздо быстрее, чем я сам.

– Либо да, либо это совпадение.

Лорд Киар ответил мне кривой усмешкой и занялся своим остывшим кахве.

Закинув в рот еще несколько сладких виноградин, я попытался решить, о чем говорить дальше.

Наверное, не стоит совсем уж углубляться в историю своей жизни? Не думаю, что Карела интересует именно это.

– Я убил других крадушей. – Признание далось гораздо легче, чем ожидал. – Не всех, конечно. Всех бы просто не смог – не такой я сильный и хитрый. По моим подсчетам, на данный момент крадущих души осталось примерно трое-пятеро. И потребуется не меньше полувека, чтобы обучить новых. У эльфов Первоземья появилась замечательная возможность переосмыслить свою жизнь.

Не уверен, что от этого будет толк, но сородичей ждут непростые времена.

Карел отставил чашку и как-то странно посмотрел на меня. Я не смог сразу понять, что за выражение появилось на его лице, и поспешил уточнить, едва не подавившись очередной виноградиной:

– Не подумай, пожалуйста, что я какой-то герой или рыцарь в белом плаще! Дело не в добродетели или возвышенных помыслах. Просто во мне что-то сломалось, когда я увидел на алтаре ребенка. Не первого и не последнего… не знаю, почему именно на том ритуале все изменилось.

Может, я слишком долго прожил среди людей и перестал воспринимать вас как пищу. Так что я убил, кого смог, а затем покидал в ранец инструменты и украшения кузины, чтобы обменять их на деньги, и бросился в бега.

Говорил я быстро, даже дыхание сбилось.

– Кузина – это Владычица эльфов? – воспользовавшись паузой, уточнил Карел.

– Она самая, – подтвердил я.

Несколько минут на балконе было тихо.

О чем думал Карел, я не знал, а мои мысли были устремлены в сторону занимающегося рассвета.

Край океана посерел, и мир вокруг стал прозрачным и хрупким.

– Я думал, ты одинок. Откуда здесь второе кресло? – Вопрос был ужасно бестактным, но мне стало интересно.

Карел хмыкнул:

– Кресла здесь со времен старого князя Бенайла – у него, поверь, друзей хватало. А под конец жизни его светлость особенно любил сидеть на балконе и, покуривая трубку, любоваться городом. Да и я вообще-то не настолько одинок, Кериэль.