Субботние сказки

В нем, конечно, имелись и высокие дубы, и мохнатые ели, и густой орешник, однако все они, сплетенные в единый шатер, были буквально пронизаны солнечным светом и испещрены узкими тропинками. Зловещей тишины, о которой меня предупреждали, тут не было и в помине – со всех сторон то и дело слышались нежные голоса каких-нибудь птах.

Я перехватила поудобнее корзину с пирожками, поправила вечно сползающую на глаза панамку и – остановилась как вкопанная, едва не налетев на внезапно вынырнувшего из-за кустов мужчину.

– Здравствуй, девочка, – широко улыбнулся он. – Куда ты так торопишься?

Чтобы рассмотреть незнакомца, мне пришлось запрокинуть голову вверх. Судя по внешнему виду, этот человек был одним из тех людей, с которыми мама разговаривать категорически запрещала: мощный, небритый, с густыми кустистыми бровями, порванной мочкой уха и цепким внимательным взглядом.

Впрочем, мама учила меня еще и тому, что вести себя нужно вежливо и всегда отвечать на заданные вопросы. Так что…

– Я иду к своей бабушке, – улыбнувшись, ответила ему.

– Правильно, – кивнул мужчина. – О стариках надо заботиться. Твоя бабушка живет одна?

– Да.

– И где же находится ее дом?

– На другом конце леса.

– Хм… Уж не та ли это избушка, которая до последнего времени стояла заколоченной?

– Она самая, – кивнула я. – Раньше бабушка жила в городе, но теперь решила переселиться поближе к природе. Говорит, что свежий воздух полезен для здоровья.

– Очень полезен, – согласился незнакомец. – Скажи-ка, милая девочка, не привезла ли твоя родственница из города пса, который бы охранял ее жилище?

– Нет, – ответила я. – Бабушка терпеть не может собак. Зато она захватила все свои драгоценности и дедушкину коллекцию антикварных чашек – очень боялась, что кто-нибудь ограбит ее городской дом.

В глазах мужчины сверкнул алчный огонек.

– Молодец бабуля, – похвалил он. – В городах полно негодяев и лихоимцев, а потому свое добро нужно держать поближе к телу.

Он кивнул головой и скрылся в кустах.

Я проводила его задумчивым взглядом.

Дверь дома оказалась открыта нараспашку, а рядом с ней валялся колокольчик с оторванной веревкой.

Я осторожно заглянула внутрь.

– Эй, есть кто живой?

– А ты в этом сомневаешься? – ответил мне хриплый прокуренный голос.

Я усмехнулась и, снова поправив панамку, шагнула через порог.