На Калиновом мосту над рекой Смородинкой

Решив, что в городе мне сегодня делать больше нечего, я отправилась домой – разбирать травы и помогать сестре отбиваться от хмурого домового.

Чтобы немного срезать путь до городских ворот, свернула с главной улицы на побочную – узкую и тихую. Стоило пройти по ней десяток шагов, как путь мне преградили двое крепких плечистых мужиков.

– Кудыть торопишься, красава? – ухмыляясь щербатым ртом, спросил один из них. – Може, пройдешься с нами?

Бросив быстрый взгляд назад, я увидела, что обратную дорогу заняли еще двое здоровяков в таких же грязных штанах и рубахах, что и мой внезапный собеседник.

– Не боись, чернявая, мы робята смирные, не обидим, – хохотнул второй мужик.

– Шли бы вы своей дорогой, – мрачно ответила я. – Недосуг мне с вами лясы точить.

– Торопишься, значит, – протянул щербатый. – Ну дык мы тя держать не станем. Давай корзинку свою, ды катися румяным яблочком.

Вот наглецы! Время только за полдень перевалило, а они уже на промысел вышли! Ни стыда, ни совести.

– Вы б хоть вечера дождались, – скептически сказала я.

– До заката еще далеко, а жрать уже ща охота, – пожал плечами щербатый. – Не гундось, девка, подавай корзину.

– И не стыдно вам вчетвером одну девушку грабить? – раздался из-за моей спины знакомый голос.

Мы с «робятами» дружно на него повернулись.

– Пришел-таки, – ехидно сказала я.

– Извини, – улыбнулся Влад. – Меня немного задержали.

– Эй, белобрысый, ступай себе отседова, – посоветовал воздушнику приятель щербатого, вынимая из грязного рукава нож.

– А ты, Василиса, я смотрю, не скучаешь, – усмехнулся кащ, проигнорировав замечание грабителя. – Вон сколько подле тебя кавалеров.

– Кавалеры они так себе, – призналась я, еще раз оглядев небритые тупые рожи мужиков. – И общество мне своё сами навязали.

– А ну хорош трепаться! – рявкнул щербатый, выхватывая из-за пояса широкий кинжал.

Я пожала плечами, и легко топнула ногой.

– Они живы? – поинтересовался Влад, несколько ошарашенный агрессивным поведением дороги.

– Что им сделается? – хмыкнула я, осторожно попинав носком туфли ближайшего ко мне разбойника. – Полежат, очухаются и дальше грабить пойдут.

– Какая ты… грозная.

– Какая есть.