На Калиновом мосту над рекой Смородинкой

– Скажи мне, милая берендейка, давно ли ты водишь дружбу с кащами?

– Что?..

– Я говорю, давно ли у тебя в приятелях Влад-кащей?

– Почему ты считаешь, что он мой приятель?

– Потому что своими глазами видел, как мило вы беседовали на берегу Евсеева озера.

– О, вот значит, как оно называется!

– Да, утопился там лет двадцать назад один гусляр-алкоголик, так его именем озеро и кличут.

– О-о…

– Васька, не заговаривай мне зубы. Что у тебя с этим воздушником?

– Так ты его знаешь?

– Еще бы.

Это сын Лавра-кащея, того самого, что был идейным вдохновителем ублюдков, вырезавших берендеев.

– Что?!

– Он тебе не представился? И почему я не удивлён?..

– Валера, ты серьезно?!

– Серьезнее некуда. Так что у вас там за шуры-муры?

Чуть обалдевшая от такой интересной новости, я подробно рассказала Валериэлю историю своего знакомства с Владом. Водник выслушал меня внимательно, а потом задумчиво произнес:

– Знаешь, Василиса, когда Лавра с женой и соратниками отправили в ссылку, его сын был совсем крошечным, так что, конечно, никакого отношения к преступлениям отца не имел.

Но мне кажется очень подозрительными и его повышенный к тебе интерес, и эта просьба о помощи. Знаешь, Вася, лично я ничего об обращении воздушников в объединенный совет не слышал, а ведь у меня там отец заседает.

– Думаешь, Влад меня обманывает?

– Не исключено. Чтобы зря не клеветать, спрошу у отца.

Минуту мы сидели молча. Я переваривала свалившееся на меня известие, а Валерик ел блины.

– Так значит, Влад у воздушников вроде царевича? – спросила я у нашего гостя.

– Нет, – с набитым ртом ответил унд. – С тех пор, как Лавра сослали, у них появился другой лидер. Влада же воспитывали какие-то люди из общины, а как он повзрослел, переселился в замок отца где-то далеко в горах. Батя мне рассказывал, что совет одно время пристально следил за его жизнью, а потом перестал. Мол, ведет себя Лаврович мирно, заговоров не плетет. Что за ним следить, время тратить?

– Откуда ты про нашу встречу узнал?

– Так вы же возле воды сидели! – засмеялся Валерик.

 – Унды всегда в курсе, что делается и в воде, и рядом с нею.

– Это что же, и другие водники про наше знакомство знают?

– Нет, только я, – улыбнулся Валериэль. – Что ты так на меня смотришь? Да, приглядываю я за тобой и Еленой. Время от времени. И русалки наши тоже. Ты когда с кащем в Славоградике у реки беседовала, Малаша с тебя глаз не спускала.

– Ну вы даете! – выдохнула я.