Мама

Особенно после того, как при случае я продемонстрировала, что здорово умею доставать багром из воды утопленников, неплохо разбираюсь в ядах и взрывчатых веществах, умею делать верные выводы и правильно общаться с вышестоящим руководством, выбивая для отдела необходимые подписи, реактивы и так далее. Так что в команду (замечу, очень хорошую и вполне себе профессиональную) меня приняли относительно быстро. Это при том, что женщин в местном УСП было совсем немного, и работали они в основном лаборантами или уборщицами.

Что ж, в целом в Риве мне понравилось.

На деньги, которые драгоценный муж перечислил мне в качестве свадебного подарка (их сумма действительно оказалась весьма солидной), я купила симпатичный домик на одном из живописных ривских холмов, мебель и даже маленький автомобиль.

С самим Хозером мы встречались раз в год, как и было прописано в брачном договоре. 27 августа, в день годовщины нашей свадьбы, через муниципальный телепортвокзал я прибывала в Лиару, навещала родных, светила лицом на шумной вечеринке, устраиваемой по случаю нашего бракосочетания, жала руку Георгу Первому, а на следующее утро отправлялась обратно в Рив.

Отношения с мужем у меня по-прежнему оставались никакими, единственное до чего мы продвинулись за два с половиной года брака – стали называть друг друга на «ты».

Хозер моей жизнью никогда не интересовался. Но деньги на содержание переводил аккуратно. Я их, правда, особо не трогала, тратила только в том случае, если нужно было совершить какую-нибудь крупную покупку.

Как проводит время мой муженек, меня и саму не очень-то волновало. Хотя я могла предположить, что у него все прекрасно. Особенно если судить по столичным статьям о светской жизни, которые то и дело появлялись в местных газетах. В них эмоционально обсуждались девушки, с которыми Дерека Хозера видели в клубах, ресторанах или на курортах.

Вообще, о том, чья я жена в Риве знали все, как и то, что наш брак с Хозером фиктивный – данная новость разнеслась по городу очень быстро. Некоторое время об этом даже перешёптывались местные сплетники, однако, видя, что мне от их разговоров ни жарко, ни холодно, вскоре это дело бросили.